Кто бы она ни была — не следовало хаять её. Следовало вознести мысленную благодарность Лоа. Ингвар так и сделал. Постарался особо подчеркнуть в Мактубе, что девушка всё-таки сначала дождалась его. Помогла вылезти. Накрыла. И только потом ушла.
Он попил из горсти, давая студёной воде нагреться, чтобы не ломило зубы. А потом опустил лицо в колодец, чтобы умыться. На дикой глубине, там, где сидела в позе лотоса прекрасная Ишта, проснулась какая-то сила.
Там появился призрак. Не зажегся, как пропитанный маслом факел. А словно уплотнился, соткался из более светлых потоков в женскую фигуру, клубящуюся, как разлитое под водой молоко.
— Таро, — позвала она из сердца горы.
Призраков Ингвар отучился бояться раньше, чем темноты.
Но всё равно от неожиданности выдернул голову. По спине хлестнул тяжёлый хвост мокрых волос. Когда Великан снова опустил лицо в колодец, призрака уже не было. Лишь рассеивалась молочная взвесь. Нинсон по-стариковски тяжело поднялся с колен.
Уголёк прыгнул в колодец, в полёте раскинув крылья, порскнул чернильными брызгами и превратился в крупную жабу. Плюхнувшись в воду, пропал из виду.
Уроки этого дня преподавал Ной.
Сначала вода.
Потом холод.
Теперь путь.
Всё это было на совести достославного Кормчего. Надо не сопротивляться. А подыграть. И не сфальшивить. Пожалуйста, только бы не сфальшивить.
— Райд. Райд. Райд. Райд. Райд. Райд. Райд.
Семь рун в честь Седьмого Лоа.
Одна из пирамидок полыхнула синим. Потом ещё несколько. Гирлянда огоньков указала путь. Чем громче и яростнее он взывал к руне пути, тем точнее смог бросать её в белый песок, тем чаще мигали пирамидки по сторонам одной из дорожек.
Райд указывала путь.
Нинсону стало интересно, все ли пирамидки ответят на его выкрики. Или только какие-то определённые. Тогда он приметил одну из тех, что отозвалась на его монотонный напев.
— Райд. Райд. Райд. Райд. Райд. Райд. Райд.
Но только он взял пирамидку в руку, как та потухла. Стала такой же серой, как и остальные. Ингвар попробовал ещё. Но бросить руну больше не получалось.
— Райд. Райд. Райд. Райд. Райд. Райд. Райд.
Ингвар просто произносил название. Это был не Сейд.
Он решил взять потухшую пирамидку с собой.
Может быть, когда-нибудь ещё удастся её раскочегарить.
Великан засунул пирамидку в рот. Руки нужно было оставить свободными, чтобы держать плащ на плечах. Шкура весила чуть не десять килограммов, а застёжек не имела. Покрепче ухватив когтистые лапы, Нинсон попрощался с невольным соседом по покрывалу.
Великан свёл весь погребальный обряд до того, что натянул на мертвеца спущенные штаны, похлопал по плечу и зашагал по указанной мирозданием тропке.
Всё равно не было возможности устроить похороны ни одним из двенадцати общепринятых способов. Даже если наверняка знать, какого Лоа тот более всего уважал при жизни.
Ингвар поставил бы на то, что бородач почитал Первого Лоа, Великого Охотника Хорна. И погребение, которого он удостоился, тоже более всего напоминало традицию Хорна. Стать пищей для зверей или птиц.
Это было бы правильно.
При мысли об этом Ингвар улыбнулся.
Не потому, что почувствовал здесь руку судьбы.
Не потому, что наконец-то различил строки Мактуба.
Просто приятно было знать, что ещё жив и ещё не сломался.
Глава 8
Темница — Легендарный Колдун
Ингвар встал на колени, подчиняясь властному движению.
Тульпа без церемоний потянула за край колодки точно так же, как без лишних слов крестьянка принудила бы опуститься тягловую скотину, чтобы поправить ярмо. Женщина перетирала шнурки колодок острой бородкой ключа и говорила:
— Ты звал меня Тульпа… Когда-то… Ты можешь мне не верить. Но ты сейчас попал в передрягу. С этим глупо спорить. Я тебя вытащу. Но. Ты делаешь в точности то, что я говорю. Ты вспоминаешь Сейд, учишься резать и бросать руны. Ты не даёшь своему телу заболеть или сломаться в пытках. Ты даёшь друзьям знать, что план сработал, ты жив и опять обвёл всех вокруг пальца. Для этого нам придётся раздобыть гримуар и секретное слово. Ты в достаточной степени овладеваешь рунами и оргоном для того, чтобы воспользоваться колодцем и пропрыгнуть мир насквозь. Ты выныриваешь и встречаешь Эшера. Он объяснит, что делать дальше. Ты сам снабдил его инструкциями в своё время.
Тульпа перевела дух после долгой речи:
— Ух. Теперь спрашивай.
В голове у Ингвара шёл ливень из вопросов.
Выбрать какой-то один означало бы различить звук конкретной капли во время проливного дождя.
— Ладно, — сжалилась она. — Тогда предлагаю домашнюю заготовку.
Она разобралась со шнурами и отскочила на шаг, чтобы падающие колодки не задели её. Грохот нисколько не смущал Тульпу. Ингвар отметил, что она не боялась того, что стража услышит шум или увидит льющийся из-под двери свет.
Пленник со стоном опустил руки.
— Раны не трогай. Я потом с ними помогу. Даже не смотри на них. Не смотри.
Ингвар закутался в попону. Боль прожигала залепленное мазью плечо.
В светлых сагах зачастую всё понятно с самого начала.
