— Это, Олег, не нам решать! Ты все понял?
— Да!
— С сего момента ты переходишь в мое подчинение.
— А с генералом Кордополовым это согласовано?
— Ты слышал когда-нибудь об Управлении спецмероприятий Министерства обороны?
— Конечно. Вы отменно поработали в Крыму.
— Ну, Крым — это семечки, там и делать-то особо ничего не пришлось. Так вот, командир отряда, в который входит моя группа, подчинен начальнику Управления, а тот, в свою очередь, лично президенту. Как думаешь, моему командиру сложно согласовать вопрос о твоем переподчинении?
— Я понял, — рассмеялся Зарубин. — Приказывай, командир!
— Приказ ты уже получил. Доклад мне после того, как будет проделан коридор.
— К какому времени надо его организовать?
— Чем раньше, тем лучше. И обозначить чем-нибудь, а то загремим на мины ополченцев.
— Не загремите, я лично проконтролирую этот вопрос. И встречу вас. Абидир, скорее всего, тоже пойдет со мной. Это же, Сережа, кардинальное изменение обстановки.
— Думаю, командир ополчения Эль-Рувана сначала пожелает узнать, когда прибудет первый борт, когда второй и так далее. Для него важно, чем он будет кормить женщин, стариков и детей, ну, а для ведения боевых действий есть ты. Ведь это благодаря тебе, как слышал, ополченцы практически без потерь отогнали атаку игиловцев с севера, в свою очередь понесших огромные для банды потери и в живой силе, и в технике?
— Ты преувеличиваешь мою роль. Ополченцы за время блокады научились воевать.
— Не скромничай. Но ладно, еще поговорим при встрече. А пока сообщай радостную весть командиру ополчения и за работу, майор Зарубин!
— Есть, товарищ майор Жилин!
— До связи!
— До связи!
Жилин отключил станцию.
То же самое сделал Зарубин, выставив режим дистанционного оповещения приема сигнала вызова. И тут же прошел в кабинет Абидира, где находился и его заместитель, Намир Бакри:
— Господа, товарищи, братья, у меня для вас прекрасная новость.
— Что за новость? — повернулся к нему командир ополчения.
— Завтра с утра российская транспортная авиация возобновит переброску в поселок продовольствия и боеприпасов. Воздушный мост восстановлен.
— А как же ПВО Курмани?
— У этого шакала больше нет ПВО.
— Ты это о чем, майор? — спросил Бакри.
— Пока мы здесь ломали головы, как растянуть продовольствие и избежать голода, из Хмеймима в район была выслана группа российского спецназа, на вертолете «Ми-8» с полным боекомплектом и под прикрытием «Ми-24», также под завязку вооруженным. Эта группа обнаружила место укрытия особой группы, а обнаружив, уничтожила ее, захватив и ЗСУ, и ПЗРК.
— Ничего себе! — проговорил Абидир. — А мы о спецназе ничего и не знали. Или, может, ты, майор, все же знал?
— Нет! Для меня это тоже сюрприз.
— Подобные операции должны проводиться в режиме строжайшей секретности, — поддержал советника Бакри. — И все же очень интересно, как русский спецназ вышел на особую команду?
— Как бы то ни было, — сказал Абидир, — у нас сегодня праздник, необходимо оповестить людей об этой радостной вести и посмотреть стадион, готово ли поле для приема груза. А то, может, уже завалили чем-нибудь, и мы окажемся не в состоянии принять груз. Этим займусь я, ты же, Бакри, проедешь по позициям, передашь всем ополченцам о том, что русские с нами, ну а ты, Олег, — повернулся Абидир к Зарубину, — поддерживай связь со своими. Все, что потребуется, мы сделаем. Я отдам приказ Арифу Кандилю ночью выслать группу саперов для организации прохода в минном поле и обозначении его. Хороший сегодня день, братья, не так ли?
Около 15.00 спутниковая станция командира группы спецназа «Байкал» сработала сигналом вызова. Связист сержант Сторский передал трубку Жилину:
— На связь вызывает какой-то майор Шамсер.
— Слушаю! — взял рубку Жилин.
— Это майор Али Шамсер, позывной Чинара, командир роты особого назначения сирийских ВС. Мой первый взвод под командованием капитана Мухтара Армани должен прибыть к вам для решения задачи по прорыву блокады Эль-Рувана с юга.
— Очень приятно, Али, я — майор Сергей Жилин.
— Это мне известно. Я направляю в район рощи три БМП-2.
— Где находишься сам, секрет?
— От вас? Никакого секрета. У населенного пункта, проще говоря, деревни Гуран, что в тридцати километрах на северо-восток от селения Зарбин, где дислоцируется восточный отряд шакала Курмани, под началом Давуда Насима, будь проклят весь его род!
— Встречались раньше?
— Эта тварь была уже у меня в руках, но «союзнички» американцы внезапно нанесли авиационный удар по нашим позициям, и Насим ушел.
— Американцы как-то объяснили свои действия?
— От них дождешься! Только то, что пилоты просто ошиблись.
— Подобные «ошибки» слишком уж часты у них.
— Так это же американцы. Им мир не нужен, им нужен постоянный хаос на Востоке.
— У деревни, где стоит рота, спокойно?
— Сюда еще не добрались кровавые щупальца ИГИЛ. Спокойно.
— Могу знать состав роты?
— С учетом того, что один взвод переброшен в Хмеймим, у меня сейчас два штурмовых взвода и специально сформированный противотанковый взвод.
