— Это разумное решение — сформировать противотанковый взвод. Как раз в танках, пусть и старых, но надежных, как все старое, Курмани дефицита не испытывает.
— Мы сожжем все его танки.
— Не сомневаюсь. Во взводе гранатометы РПГ?
— Не только, РПГ в первом и втором отделениях, по пять гранатометчиков и пять помощников, на каждую трубу по десять выстрелов. Третье отделение вооружено пятью переносными противотанковыми комплексами «Корнет», по четыре управляемые ракеты на каждый. Всего двадцать ракет.
— «Корнеты» — это хорошо. Они в отличие от «Фагота», «Контура» и «Метиса» управляются не по проводам, а по лазерному лучу, и дальность стрельбы у «Корнета» высока, до пяти километров, по-моему?
— От ста до пяти тысяч метров, если стрелять днем, и от ста до трех тысяч пятисот — ночью.
— Отлично! Что у тебя с техникой?
— Пока получил шесть БМП-2, три из которых направил к тебе. — Офицеры незаметно перешли на «ты». Майор Шамсер свободно говорил на русском языке. — Ожидаю еще либо три БМП, либо БТР, обещали подбросить из Алеппо. Там техники много, стоит впустую, я имею в виду в частях и подразделениях, не участвующих в активных действиях. Думаю, уже завтра буду укомплектован техникой.
— Противотанковый взвод тоже разместился в бронированной технике?
— Нет, у него три «ГАЗ-66».
— Тебе дали старье?
— «Шишиги», как у вас называют эти, с моей точки зрения, весьма неплохие и проходимые машины, если исключить неудобства расположения рычага переключения передач, переброшены в Сирию с базы хранения. Они новые, годы выпуска, правда, давние, а так, опять-таки выражаясь языком российских военных, «нулевые».
— И где ты нахватался этих слов?
— Так мы три месяца на базе «Лесное» подготовку проходили. У инструкторов и нахватался.
— Ясно. У нас, по-моему, небольшая путаница.
— В чем? — спросил Шамсер.
— Один твой взвод подчинен мне, а как работать с тобой? Кто у кого будет в начальниках? И дело тут не в амбициях. Если к Эль-Рувану прислали роту особого назначения и для нее снимают технику с передовой, то не для учебных стрельбищ. Значит, предстоит серьезная работа. И вот тут очень важно централизованное управление.
— Согласен, но с этим разберемся. Я не имею ничего против твоего командования.
— Ладно, определимся. Ты знаешь, как выходить на меня, собирай технику, связь держим по необходимости в любое время, а с подчиняемостью ты прав, разберемся по ходу пьесы.
— Ну, тогда до связи?
— До связи!
Жилин отключил станцию, вернул трубку связисту, спросил у сержанта:
— Где у нас старший лейтенант Смирнов?
— Спит, товарищ майор. Он, Соболь и Строгин.
— Пусть отдыхают, вызови-ка ко мне заместителя.
— Есть!
Вскоре к холму подошел капитан Туренко:
— Звал, Сергей?
— Звал. Пикап видишь?
— Конечно.
— Сними с него пулемет и выбрось к чертовой матери, это теперь ненужная железяка, за руль Юрченко, в кузов пленных под охраной Гурьева, отвезти их к роще и передать Макарову.
— Дойдет ли пикап до рощи? — с сомнением покачал головой Туренко, поглаживая небритый подбородок.
— Не дойдет, пусть Юрченко увеличит радиус действия портативной связи и сообщит о проблеме майору Макарову. Тот снимет проблему. К вечеру бойцам быть здесь.
— Понял.
— Давай!
Пикап подошел к гряде, прапорщик Гурьев загнал пленных в кузов, сам разместился там, держась за турель. «Тойота» пошла по объездной дороге, минуя овраг, по прямой к роще. И пошла, как ни странно, шустро, словно и не было никаких повреждений.
Жилин, провожая пикап, вызвал Юрченко:
— Девятый? Первый!
— На связи!
— Как тачка?
— Это же «японец», идет, как пишет. Неудобно без стекол, но зато «климат» включать не надо.
— У вас и «климат-контроль» исправен?
— Все исправно, даже стеклоподъемники работают.
— Ты давай быстро туда-обратно. Моя группа нужна вся в полном составе.
— Если ничего не случится, управимся вовремя.
— Так сделай, чтобы ничего не случилось.
— Я, товарищ майор, не бог, я всего лишь прапорщик.
— Ладно, жду тебя, отбой!
— Отбой!
Когда пикап вернулся, Юрченко был в восторге от него:
— Командир, это не машина, это зверь! Все ей нипочем, ни ямы, ни камни.
— Ты передал пленных Макарову?
— А зачем бы я ездил к роще?
— Что там?
— Все спокойно. Посадочные площадки для вертолетов готовы, да там и готовить особо нечего, обозначить только. Пришли три БМП-2 с механиками. Встали отдельно, ближе к роще. Механики — сирийцы, а по-нашему шпарят лучше нас самих, вот только с матом реально проблемы. Этому их на курсах не обучали, сами по ходу познавали «русский мир».
Где-то в небе послышался рокот вертолетов.
— Идут вроде, — проговорил Туренко.
Жилин взглянул на часы: 17.00.
— Да пора уже. Так, Вася, — обратился он к связисту, — вызови-ка Юрченко.
— Так он только что был здесь.
— Ты не понял приказа?
— Понял.
По портативной станции связист вызвал сапера.
Прапорщик, не успевший обустроиться у холма, пришел обратно:
— Что-то случилось, командир?
— В баке пикапа соляра осталась?
— Немного, он был заправлен на треть.
— А «горючка» «Шилки» подойдет?
— Почему нет? Соляра, она и в Африке соляра.
— Как бы от этой соляры движок не заклинило.
— А что, опять ехать куда-то надо?
— К роще!
