– Если доели, поезжайте домой. Со мной все в порядке, так что не о чем и беспокоиться.
Доику было невероятно жаль, что все так вышло, особенно если учитывать то, каким чудесным образом им все же удалось встретиться. Но настаивать на своем и оставаться Доик считал бестактным:
– Если вдруг что-нибудь случится, пожалуйста, немедленно свяжитесь со мной. Если я смогу хоть чем-то вам помочь, дайте мне знать. Правда, сейчас я без телефона, так что вот, это номера моего друга и Чжонхи, а это мой. Прошу вас, звоните сразу, если понадобится.
– Ладно, ладно. Идите уже.
Сунчжа попрощалась с ними, словно прогоняя. А затем сунула в рот тонкую сигарету и зажгла ее. Дым растворился в воздухе, а морщины на ее лбу стали глубже, когда она погрузилась в свои мысли. Она затушила сигарету и вошла в небольшую комнатку, примыкающую к кухне ресторанчика. Все ее вещи были свалены в кучу. Сунчжа отодвинула их в сторону и приподняла оторванный кусок обоев, за которым обнаружилось небольшое пространство. Сунув внутрь руку, она достала небольшой предмет, завернутый в малиновую ткань. В ней лежала красная коробка, которая выглядела немного больше и была тяжелее остальных. На старой коробке виднелась цифра 17. Все мысли Сунчжи смешались. Стоило ли ей рассказать об этой коробке Доику? Она сожалела, что не могла многого ему рассказать, и упрекала себя. Но мгновение спустя она решила, что такова воля судьбы.
Она вновь завернула красную коробку в ткань, убрала ее подальше, заслонив стену предметами домашнего обихода и поспешила покинуть комнату. Ресторан был пуст, и Сунчжа ощущала тяжесть мыслей о том, как мало ей осталось жить. Возможно, именно из-за того, что она так глубоко была погружена в свои мысли, она совершенно не заметила присутствия мужчины с ожогами на лице. Но даже если бы она его увидела, то не смогла бы произнести ни звука.
Доик и Чжонхи, несмотря на свою усталость, не могли оторвать взгляда от бескрайнего моря. Выйдя из ресторана, Доик сразу же направился к воде. Весь путь никто из них не произнес ни слова. И, глядя на воду, они с Чжонхи сидели в тишине. Просто наблюдали за тем, как волны необъятной стихии хлещут друг друга. Время все шло, но никто этого не замечал. В какой-то момент Доик начал дремать, и вскоре Чжонхи тоже уснула. Только усталость скрывала их чувство отчаяния, поглощая с головой. Они спали так крепко, что даже не пошевелились, когда поблизости прозвучала сирена.
Открыв глаза, они увидели, что солнце давно село, их окружала темнота.
– Неужели мы вот так просто уедем? – первой заговорила Чжонхи.
– Нет, я планирую понаблюдать за ней хотя бы издалека. Даже если аджумма неизлечимо больна, коробка еще ни разу не ошибалась, так что что-то обязательно должно произойти. А я правда очень хочу защитить ее. Но что собираешься делать ты? Я думаю остаться здесь еще на несколько дней, но тебе, наверное, стоит поехать домой, верно? Твои родители наверняка будут волноваться.
– Я и сама не знаю, что делать…
На этом их разговор завершился, и они снова погрузились в молчание.
Дверь в ресторан была закрыта, хотя наступило время ужина. Табличка с надписью «Сегодня закрыто» слегка покачивалась от легкого дуновения ветра. В помещении царила тишина. Сунчжа неподвижно сидела на стуле. Ее руки, связанные за спиной, успели посинеть, а рот был заклеен скотчем, затрудняя дыхание. Капли крови стекали по ее лицу из раны на голове. Из-за засохшей крови на глазах Сунчжа не могла полностью открыть их. Она попыталась пошевелить хотя бы пальцами, но понимала, что, несмотря на все усилия, ей не удастся выбраться из этой ужасной ситуации. Напротив нее сидел мужчина со шрамами от ожогов, его спокойствие было пугающим.
– Эй, если слышишь меня, кивни головой, – сказал он.
Испугавшись, она начала лихорадочно кивать. Женщина, у которой обнаружили неизлечимую болезнь и которая уже готовилась к смерти, не могла преодолеть всепоглощающий страх. По иронии судьбы эта ситуация вызвала в ней непреодолимое желание жить. Хотя, по прогнозам врачей, жить ей оставалось не больше трех месяцев и она могла умереть в любой момент, в ее душе росло стремление жить, освободившись от власти этого демона. Это желание полностью овладело ей, постепенно перерастая в страх.
– У тебя ведь есть коробочка с номером? – спросил мужчина.
Сунчжа перестала кивать. Тогда мужчина подошел к ней так близко, что она могла чувствовать на себе его дыхание.
– Ты же знаешь, что будет, если ты закричишь, да? – прошептал он у ее лица.
Он снял скотч, который закрывал рот Сунчже, и она глубоко и резко вздохнула, а затем начала тихонько кашлять. Она боялась, что даже из-за этих звуков мужчина может разозлиться.
– Где она? – спросил он. – Я не собираюсь задавать этот вопрос дважды, так что отвечай и не вздумай лукавить.
