- Ты говоришь, братья Джерард и Майкл? – спросила она с задумчивым видом. – Надо же, как интересно всё получается.
- Что ты имеешь в виду?
- О, ничего такого, милый, – ответила мама, ставя передо мной тарелку с завтраком и кружку горячего чёрного кофе. – Так, вспомнилось кое-что. Ты завтракай, потому что уже через час приедет машина с мебелью для твоей комнаты. Надо немного освободить её от коробок, чтобы было куда поставить стол и кровать со шкафом. Ты точно в порядке после вчерашнего, Фрэнки? Можно, я посмотрю, что там с твоим виском?
- Не надо, мам. Я в полном порядке, – ответил я, прихлёбывая кофе, который слегка обжигал мне губы. – Вечером ребята звали меня к себе, и Рэй сказал, что сделает перевязку, так что всё окей.
- Вечером, говоришь? Я тогда испеку «Пирог дружбы», надо будет купить в магазине на углу всё, что нужно.
- Здорово! – обрадовался я. Мамин фирменный пирог, с которого она начинала знакомство с кем-либо, был великолепен. Это была очень удачная идея, всё-таки, я доставил немало хлопот.
С завтраком было покончено, и я поплёлся в комнату, чтобы снова воевать с этими бессмертными коробками. Половину, если не больше, пришлось вынести в холл, остальную – придвинуть к той стене, у которой не планировалось мебели. Висок практически не болел, и я уже называл про себя Рэя не иначе, как мессия, исцеляющий наложением рук.
«Надо же, как интересно всё складывается, – думала Линда, убирая посуду после завтрака. – Неужели Фрэнки снова столкнулся именно с теми ребятами из своего детства? Это очень странно».
Занимаясь разными делами, отыскав, наконец, коробки со своей одеждой, я поймал себя на мысли о том, что жду – не дождусь вечера, и мне очень хочется поскорее увидеть Джерарда, и Майки, и Рэя… Неужели за тот странный вечер мы успели подружиться? Или это сама ситуация сблизила нас? Или вообще, это всё – только моя фантазия, и ничего особенного между нами не произошло? Я мог только размышлять, подталкиваемый этим жгучим состоянием предвкушения, и, по большому счёту, мне было всё равно, что там между нами. Главное было в том, что я очень хочу увидеться с ними снова.
*Gish – альбом The Smashing Pumpkins, выпущенный в 1991 году.
**«Я один, а вас трое. Пытаюсь найти мессию в вашей троице. Твой город горит, Твой город горит»
***«Я такой, каким я кажусь.
Я внизу, Низко, так низко… … Пытаюсь найти что-то В твоем городе, чтобы сгореть, ты сгоришь…»
****«Посмотри, ты просто хочешь.
Посмотри, я один. Посмотри, ты просто хочешь. Посмотри, я один»
====== Глава 5. ======
Повернув к дому Джерарда и увидев его в освещении раннего вечера, я невольно подумал о том, что трава около дома выглядела не слишком ухоженно. Даже в Бельвиле, где мы жили только вдвоём с мамой, мне не позволялось так запускать траву. Каждое воскресенье с утра меня выгоняли на улицу с ручной газонокосилкой и закрывали за мной дверь. Это значило примерно следующее: «Пока не сделаешь – обеда не получишь». И через несколько недель я настолько втянулся, что даже стал получать от этого своеобразное удовольствие. А через месяц такой стимуляции я уже сам, без каких-либо напоминаний, стриг траву и не помнил, что когда-то было иначе. Тут же всё было по-другому.
Я подошёл к двери с пирогами наперевес и собрался с духом, чтобы постучать. Если честно, я до сих пор сомневался в реальности вчерашнего вечера. И до сих пор чувствовал уколы вины за то, что покалечил ни в чём не повинного Джерарда. Поэтому сегодня предвкушал день расплаты – наверняка, в воскресенье их родители дома? Так что внутренне я готовился к нотациям, покаяниям и вообще к справедливому отчитыванию за свою безголовость. Но это надо было пережить, я ведь собирался налаживать дружбу с этими ребятами?!
Вдохнув и выдохнув, я постучал в дверь.
Через несколько долгих мгновений она открылась, и передо мной предстал Джерард на костылях. Чёрт, у меня даже сердце защемило от его вида. Тёмно-каштановые волосы растрепались в беспорядке, на плечи накинута рубашка, застёгнутая от силы на пару пуговиц, на бёдрах – свободные джинсовые шорты чуть выше колен. И левая нога, перевязанная в двух местах – на колене обычными бинтами, а в голеностопе – эластичными. Открыв дверь, он допрыгал до меня, помогая себе костылями, и придвинулся так близко к моему лицу, что я даже на секунду подумал: «Что за хрень он творит?» Он будто разглядывал меня своими странными глазами, пытаясь заглянуть за внешнюю оболочку моего тела. А потом Джерард отстранился и открыл рот:
- Фрэнк. Вон там, – и он потыкал пальцем в направлении стены слева от двери, – есть звонок. В следующий раз звони. А то я подумал, что стук мне примерещился. Так бы ты и стоял тут до прихода Майки. – Он развернулся и заковылял внутрь дома, опираясь на костыли. – Заходи уже, супер-воспитанный-мальчик.
