– С ней все в порядке. Она уже на свободе, – заверил гостя палестинец.
– Как же вам удалось вытащить ее из тюрьмы?
– Не совсем нам, – замешкался Азиз и хлебнул великолепного чая, который, постояв немного, изменил свой вкус на более терпкий и ароматный. – Вернее, даже не нам, а американцу, который был в том самолете.
– Как это? – неподдельно удивился Батый. – Я же прекрасно помню, как она третировала его, даже разбила ему губу. Мне казалось, что он ее должен был возненавидеть.
– Именно так. Лейла умеет управлять людьми. Она хорошо владеет секретами обольщения. Это не обязательно сексуальное чувство. Любовь и ненависть объединяет то, что это очень сильные эмоциональные чувства. Может быть, поэтому одно может очень быстро перейти в другое.
«От любви до ненависти один шаг», – невольно вспомнил поговорку Юрген.
Как бы услышав его мысли, собеседник продолжил:
– Наверняка ты знаешь утверждение «Почаще бей, чтобы крепче любила». Суть ее в том, чтобы физической силой или морально сломать другого человека, заставить его подчиняться. Довести его до состояния раба. А, как известно, именно рабы беззаветно любят своего повелителя. Это срабатывает не со всеми людьми, но в этом случае такой прием сработал. Лейла смогла увидеть в американце потенциального раба, публично унизила его, заставила признать свое превосходство, буквально благоговеть перед ней. В результате он поднял все свои связи в госдепартаменте и не уехал до тех пор, пока ее не выпустили.
– Удивительная история, уважаемый брат. Ты открыл мне еще одну сторону человеческого поведения. Благодарю тебя, – искренне заявил Батый.
– Я слышал, что ваше обучение у нас не прошло бесследно. Ваши люди осуществили несколько успешных акций. Прими мои поздравления.
– Мы очень благодарны вашим специалистам за подготовку. Теперь мы уже сами готовим бойцов. У нас большие планы. Мы решили часть наших вопросов по финансированию. – Мужчины с улыбкой понимающе закивали головами. Действительно, налеты на банки серьезно пополнили финансовую базу организации. – Теперь мы собираемся обкатать наших новичков в акциях против оккупантов. Мы не дадим американцам чувствовать себя хозяевами в нашей стране. Если у вас есть желание, вы можете присоединиться к нам для совместных акций.
В задумчивости Азиз стал перебирать четки, как бы подбирая аргументы. Юрген не торопил собеседника.
– Американцы собираются отправить израильтянам большую партию оружия. Скоро оно начнет убивать наших братьев. Если наше предупреждение против этих поставок будет подкреплено болезненным ударом по янки, то оно будет звучать гораздо весомее. Как на твой взгляд, Юсуф?
– Думаю, стоит напомнить их любимую поговорку: «Добрым словом и кольтом можно добиться гораздо больше, чем только добрым словом».
Палестинец одобрительно закивал головой:
– Именно так, брат. У тебя есть на примете конкретный план, где бы мы могли объединить усилия?
– Да, уважаемый Азиз, это крупный американский штаб. Если мы ударим по нему, то заставим заокеанского шакала надолго забиться к себе в нору и не высовываться оттуда.
– Я недавно встречался с нашим молодым лидером Арафатом. Именно об этом мы и говорили с ним. Мне запомнились его слова: «Я прихожу с оливковой ветвью в одной руке и пистолетом борца за свободу в другой. Не допускайте, чтобы оливковая ветвь выпала из моей руки». Он убежден, что переговоры возможны только после того, как мы сможем продемонстрировать свою силу и решимость, и никакие жертвы не остановят нас на пути освобождения Палестины.
– Согласен с тобой, брат. Готов принять твоих людей для совместной акции. Военный штаб – это не безоружные пассажиры, нам потребуется серьезное оружие. Автоматы, гранатометы. Могу я в этом рассчитывать на тебя?
– Скажи, сколько и чего тебе понадобится, и я постараюсь все решить.
Перед Юргеном встал вопрос о проведении рекогносцировки штаб-квартиры европейского командования армии США и соседствующей с ними штаб-квартиры Союзных сухопутных войск НАТО в Центральной Европе. В тех информационных материалах, с которыми познакомил его резидент, именно так официально назывались эти структуры. Сами американцы называли объект либо «Евроком», то есть европейское командование, либо, по месту расположения, – «казармы Кемпбелла» в честь героически погибшего сержанта.
Янки вообще любили давать строениям и местности имена из американской истории, тем самым показывая местным жителям, кто здесь теперь хозяин. Причем делали они это, особо не церемонясь и не задумываясь. Так животные метят свою территорию: собака задирает лапу, кот трется хвостом, медведь дерет кору на деревьях.
Американский персонал, насчитывающий несколько тысяч человек, размещался, в основном, на юге Гейдельберга по широкой дороге Ромерштрассе в компактных районах рядом с армейской штаб-квартирой. Один назывался «деревня Марка Твена», другой – «деревня Патрика Генри», в честь губернатора штата Вирджиния.
