– Видимо, твоя энергия очень вкусная, потому что от тебя сразу после разрыва шло много вариантов связи – эта нить не отказалась от тебя. Вцепилась намертво. – Саймон положил руку на стол, его пальцы были напряженно вытянуты.
– Много вариантов? А к Версу есть нить? – Я импульсивно подвинулась на кончик стула, и взгляд мужчины тут же прожег мои ноги.
Саймон покарябал ногтями стол и не ответил, склонил голову вниз. Кадык скаканул, руки побелели, а потом мужчина глухо произнес:
– Есть ко мне.
Глубокая ночь наполнила меня целебным воздухом, накинула защитный капюшон на голову и закрыла от света полной луны. Скрыла мои тихие шаги по улочкам, перебирала пряди волос ветром.
«Дом или непонятная любовь? Саймон или Верс?» – шуршал поток воздуха то у одного уха, то у другого.
Как хорошо на улице! В доме видящих уже нечем дышать. Как только метку перестало жечь, я подставила лицо ветру призрачной свободы хотя бы на несколько часов, несмотря на то, что Саймон твердил об опасности.
У меня было ощущение, что я просто не могу остаться здесь. Что я словно пробка от взболтанной бутылки шампанского – вылечу со свистом, как бы ни старались меня удержать.
Я сняла туфельки и пошла босыми ногами по брусчатке, желая почувствовать что-то помимо внутренних метаний. Холод камня, влажность воздуха, росу на листьях.
Родители все глаза выплакали, я уверена. Так о чем я тогда думаю? Почему так дергает внутри, будто меня поймали на крючок и тянут?
Я остановилась как вкопанная, потому что из таверны, шатаясь, вышел крупный мужчина. Нет, это не Верс! Вот дуреха! Что вздрагиваю? Почему внутри все перехватывает от радости?
В бочке стояла дождевая вода, и я запустила туда ладони. Зачерпнула как следует, наклонилась и умылась, сильно натирая лицо руками.
Позади раздался шорох, и я резко обернулась, закутавшись поплотнее в плащ.
Всего лишь кошка!
Саймон не хотел отпускать меня одну, но единственного взгляда на меня хватило, чтобы он закрыл рот и отошел. Не соглашался, хотел забаррикадировать дверь, но все-таки не стал мешать. И что теперь, следит? Может, там не только кошка?
Следуя какому-то порыву, я быстро свернула в темную улочку и побежала. Рванула с места так, будто знала дорогу, уверенно сворачивая на поворотах. Меня будто тянуло, а внутри появилось чувство, что я могу не успеть.
Не успеть что?
Я остановилась, только когда ноги утонули в траве, а я обнаружила себя на берегу реки. Тихой, широкой, глубокой. В темноте она казалась бездонным ущельем.
Кожу чуть выше груди снова обожгло, и я увидела, как по берегам скачут волки. Прыгают в камышах и будто высматривают что-то в воде. Рыщут, словно потеряли что-то важное… Суетятся, как если бы остались без вожака.
Верс! Догадка прошибла меня насквозь, словно молния, и я, забыв про все, сбежала по пригорку.
Волки тащили кого-то большого из воды, и я, забыв про то, что это опасные животные, сама вошла по грудь в реку, помогая им. Все равно, что намокну, все равно, что звери рядом. Все равно, что сама бегу к Дикому патрулю.
– Верс! – Я перевернула тело мужчины вверх лицом, и ахнула: его грудь была исполосована чудищем с огромными лапами. Кровь сочилась, окрасив одежду красным. Уверена, что если бы был день, то и вода в реке казалась бы багровой.
– Верс! – Мы с волками вытащили мужчину на берег, и он казался таким бледным, было так страшно. – Дышишь?
Я наклонилась к мужчине и услышала тихое дыхание.
Волки тыкались в вожака носами, смотрели на меня перепуганными мордами, и мне казалось, что я прекрасно понимаю их настрой. Я сама боялась так, что не могла нормально вздохнуть.
– Он дышит! – воскликнула я и затрясла главаря Дикого патруля: – Верс! Верс! Очнись!
Волк ткнул носом прямо мне в лицо, а потом в лицо вожака.
– Что? Что ты хочешь сказать?
Я снова прислушалась к дыханию мужчины и не услышала абсолютно ничего.
– О нет! – Я задрожала, но не от холода – от страха.
Я еще не узнала, как он ко мне относится без заколки! Еще не расспросила, почему он защищал меня от других патрулей!
– Дыши! – Я, словно ребенок, глупо надеялась, что вот-вот он закашляется, откроет глаза, сам выплюнет воду. – Дыши, Верс, ну же!
Надо было не прогуливать уроки ОБЖ! Как делать искусственное дыхание? Я видела только в кино!
Я наклонилась к мужчине, не зная, куда опереться. Тут окровавленная грудная клетка, тут скользкая трава…
Ап – я набрала полные легкие воздуха, зажала Версу нос, надавила на подбородок, чтобы открылся рот, и коснулась губами его губ.
И тут Верс шумно выдохнул через нос, положил руку мне на затылок и поцеловал меня.
ГЛАВА 10
Я скорее почувствовала, чем увидела, как волки тактично и абсолютно бесшумно отступили. Не прерывая поцелуй, могла сказать, что нас взяли в круг.
Верс так активно работал челюстью, углубляя поцелуй, будто и не был порван на кожистые лоскутки. Он что, специально? Чтобы меня поймать?
Я оперлась о грудь, и пальцы утонули в ране.
– А-щ-щ! – дернулся от боли мужчина.
Веки Верса дрогнули, он медленно приоткрыл глаза и прищурился, будто плохо видел. Смотрел на меня долго, весь нахмуренный, а потом хрипло спросил: