Провалявшись три месяца на диване, молодой муж решил сменить обстановку.
— Я устроился на работу, — помпезно заявил он домочадцам. — Зарплата от выработки. Так что сегодня к ужину не жди.
Игорь не пришел не только к ужину, но и к завтраку следующего дня. Явившись домой через трое суток, он радостно сообщил:
— Работы там — завались. Правда, хозяин пока не снял деньги со счета.
Вера Семеновна молча посмотрела на нового родственника и покорно взяла брошенную им в угол грязную одежду. Исходящий от нее запах показался знакомым.
— Стирайте быстрее, — поторопил ее муж внучки. — До завтра должна высохнуть. И вообще мне пора обновить гардероб.
С этого момента Игорь стал целиком посвящать себя работе, совершенно забыв о семье. Он мог пропасть на неделю, никак не давая о себе знать и при возвращении отмахиваясь от пристававших к нему с расспросами:
— Говорю, было много дел.
Однако денег по-прежнему не приносил.
— Так не бывает, — говорила Надежде Вера Семеновна. — А если и бывает, на кой ему такая работа? Ты бы выведала, где он ошивается.
— Ой, мама! — недовольно бросала та. — Придумаете же вы! Динке рожать скоро, а вы скандал хотите устроить.
Однако пожилая женщина не успокаивалась и однажды организовала самую настоящую слежку. В тот день Игорь, набрав, как всегда, полные сумки еды, стал торопливо прощаться с женой и тещей:
— К ужину не приду точно. Завтра сдача объекта.
Метеором слетев с лестницы, он зашагал к автобусной остановке, ни разу не оглянувшись, что было на руку поджидавшей его Вере Семеновне. Старушка направилась за ним, надев на голову шляпу, которую молодой человек никогда не видел и которая полностью закрывала ее лицо.
Доехав до конечной остановки, Игорь вышел из транспорта, взяв курс на лесок. Крадучись, за ним еле поспевала бабушка жены. К счастью, идти пришлось недолго.
— Явился наконец! — услышала Вера Семеновна хриплый мужской голос.
— И дня не прошло! — присоединился другой.
— Думаете, мне это легко? — засмеялся Игорь, сваливая на землю продукты. — Я все-таки семейный человек.
— Пока — да.
Старушка не верила своим глазам. На полянке расположился целый табор бомжей.
— Давай поторапливайся! — кричали зятю.
Какая-то беззубая дама с красным лицом обняла его за плечи:
— Ты меня не забыл?
— Что ты!
Через десять минут общество весело пировало. Схватившись за сердце, Вера Семеновна наблюдала, как в стельку пьяный Игорь уединился с женщиной в кое-как сделанный из веток шалаш. Сплюнув, она решительно направилась домой, намереваясь все рассказать.
— Дине придется развестись, — заметила она, отведя дочь на кухню и посвящая в подробности увиденного.
— Ты сошла с ума!
Учительница подумала, что дочь просто не верит ей.
— Повторяю, я наблюдала своими глазами.
— Я не об этом, — махнула рукой Надежда. — Что бы там ни было, Диночке надо родить здорового ребенка. А с этим я поговорю.
Игорь вернулся через три дня. Теща, взяв его под руку, завела в комнату и принялась расспрашивать о похождениях, прибавив:
— Нам все известно!
На лице зятя не дрогнул ни один мускул.
— Думаете, напугали? Наоборот, я рад, что все открылось.
— И как это объяснить?
Молодой человек с минуту молчал, а потом поведал печальную историю. Из армии его выгнали за пьянство.
— Как же Дина этого не заметила?
По сбивчивому рассказу женщина поняла: гены и предки-цыгане сыграли с Игорем злую шутку. Тяга к спиртному и склонность к бродяжничеству появились у зятя с раннего детства. Кое-как проучившись в десятилетке, он не стал пробовать себя в качестве студента и занялся ожиданием призыва в армию, добросовестно пропивая накопленное родителями добро. Отслужив два года, Игорь по настоянию матери остался на сверхсрочную (женщина боялась, что, возвратившись, он вспомнит о прошлой жизни), окончил школу прапорщиков и стал нести службу в летных войсках. Это занятие давало ему возможность снимать жилье и жить без помощи родителей. Однако организм требовал свое. Через год парень сорвался, и мать забрала его на лечение в Молдавию, уговорив врача написать другой диагноз. После лечения молодой человек продержался еще год. От увольнения его спасало то, что в части спирт лился рекой и попивали все. Если ему не хватало, он шел к своим новым приятелям — бомжам, которых нашел без труда — они расположились лагерем возле части — и проводил время так, как ему хотелось. Время работало на Игоря. Развал Союза и неразбериха в армии давали ему возможность продолжать службу. Приехав навестить сына через несколько лет, мать ужаснулась: это был скелет, обтянутый темной кожей. Тогда она энергично взялась за дело, отыскав хорошего врача-нарколога, который закодировал прапорщика от алкоголя. Боясь забрать Игоря домой, женщина стала уговаривать его жениться. Он согласился. Претендентка не заставила себя долго ждать.
Выслушав этот печальный рассказ, Вера Семеновна пришла в ужас:
— Как ты теперь думаешь жить?
На лице молодого мужа не отразилось беспокойства.
— Найдите врача, — посоветовал он.
На следующий день старушка занялась поисками.
