– Угу, старик. Опять на палубе сидит, воздухом дышит.
– Кто? – переспросил Лео.
– Смотритель, – объяснил неразумному Такхо. – Искусственное солнце оно, как маяк, только… наоборот, как бы. У каждого маяка есть свой смотритель. У этого гиганта – старик Оз. Следит за оком, включает его, а стрекоз еще на подлете чует. Говорят, что он их слышит, хотя… не знаю.
– Садимся, – немедленно велел воодушевленный Экгер, не обращая никакого внимания на вздохи и нытье за спиной.
Красный негромко заклекотал, быстро сканируя окрестности, и двинулся к побережью.
Лео зачем-то рассмотрел отпечаток своего ботинка на мокром песке и еще немного потоптался на месте, разглядывая окрестности и прислушиваясь. Странная музыка уже затихла. Светлая полоска на горизонте слегка расширилась, раскрываясь серо-розовой дымкой. Океан благосклонно сменил цвет наряда на темно-синий. Док звонко подолбил чем-то и угомонился, затихая. На сером песке понуро лежали две старые рыбацкие лодки, прислонившись друг к другу пробитыми бортами. Иллеон хотел подойти ближе к ним, но Уна тронула его за плечо, указывая своей палкой нужное направление – над еще темной водной гладью вдалеке, на фоне восхода, виднелся черный силуэт еще одного, наполовину зарывшегося в песок судна. От берега к нему протянулся длинный узкий мосток с веревочными перильцами.
Лео, не раздумывая, шагнул на его толстые доски, чуть покачался, проверяя надежность, и уверенно двинулся к уснувшему на отмели кораблю. Тихушники одинаково брезгливо уставились на воду и одинаково наморщились, но Уна все же отважно двинулась за Экгером. Такхо потребовалось немного больше времени, чтобы перебороть себя и ступить на мосток, но и он постарался не отставать, цепляясь за крепкие веревки.
Красный со снисходительным видом обогнал их всех, завис, отсканировал волны, наполовину погруженный в воду корпус судна, деревянную палубу и, наконец, сидящего на ней в кресле глубокого старика. Тот не обратил на огромного зверя никакого внимания, и сверхбыстрый, обиженно засопев, рванулся к светлеющему небу, а после резко спикировал вниз, ныряя, оставив за собой лишь широкие круги на воде.
Иллеон поднялся на борт и учтиво кивнул, рассматривая острый профиль Смотрителя. Старик не повернул к нему головы от уже пламенеющего восходом неба, лишь повел косматой седой бровью и чуть тронул лежащую на подлокотнике кресла темную резную пластину.
В воздух взметнулись тонкие сизые искры.
Музыка негромко, но очень резво шагнула к Лео, пробежалась вокруг него на цыпочках, мелькая тонкими щиколотками, длинными юбками и высоким подъемом красивой ножки. Затем она покружилась и снова метнулась, торопливо выбрасывая все новые и новые порции звуков, зазвучав вдруг смутно знакомым мотивом.
Лео нахмурился, вспоминая: «Как губная гармошка, которую часто таскает с собой Джуно, но… какой-то более сильный, крупный инструмент».
Мелодия тем временем раззадорилась, яростно и азартно пытаясь сбить громилу Техника с ног и с толку, и выдавала временами совершенно разобщенные ритмы, идеально соблюдая при этом общую гармонию – сильную, даже слегка злую, но явно любовную тему…
Пластина утихла в одно мгновение, видимо, разочаровавшись в стоящем столбом Технике. Иллеон вздохнул и оглянулся, обнаружив за одним плечом замершую Уну, а за другим – печального Такхо.
Старик улыбнулся, но поворачиваться к уже заинтриговавшей его троице анфас пока не спешил. Лео приблизился к нему, чувствуя как в груди подрагивает нетерпеливая жилка, и заговорил первым:
– Эта пластина у вас… она ведь старая? Никогда не слышал ничего подобного.
Старик хмыкнул и низко пророкотал:
– Сочу-у-увствую тебе, мальчик, – он снова, уже более активно пошевелил бровями и насмешливо протянул. – Ду-у-умаю, твоим друзьям повезло больше. Они-то, в отличии от тебя, родились здесь, на Серой, не так ли?
Такхо и Уна синхронно выдали послушное: «Угу», – и снова смущенно притихли. Лео недоуменно оглядел обычно очень бойких сводных и продолжил:
– Я хочу предложить вам сделку. Пластина и нужная мне информация в обмен на…
Старик шумно вздохнул, легко перехватывая у Экгера нить разговора:
– Как красиво ты выговариваешь некоторые звуки, превосходная артикуляция. Чистая. Чистый мальчик. В окружении сильных Светом местных. Будь осторожен. Они еще молоды, неопытны и могут быть опасны для…
– Я не боюсь, – раздраженно перебил его Иллеон, услышав расстроенное сопение Уны за спиной.
Старик на это лишь мягко улыбнулся и почти зашептал:
– Не боишься? О-о-о, помню, раньше люди были не столь категоричны. И, знаешь, мне очень приятно это слышать. Сильные эмоции, конечно, полезны, но пусть это будет не страх. Только не он. Я рад, что не он.
– Не страх, говорите? – Лео присел у кресла на корточки и продолжив занимательную беседу. – Ваши черные стрекозы напрягают наш Патруль и Экспертную Контору. А когда Контора напрягается… может быть, вам пора снова начинать бояться?
Смотритель прикрыл глаза и замурлыкал:
– Напорист и самонадеян. Наверняка -гер, несомненно. о-то я слышу – голос такой знакомый, интонации с тонким ледком… Экгер, молодой Экгер…
