Дарен болтает с парнями, и каждый раз смеётся с их сказанных слов. Я немного лучше приглядываюсь и вижу, что эти парни отличаются от Дарена, а ведут себя с ним будто лучшие друзья. У одного светловолосого проколота бровь и нос, а одет по-бунтарски. Второй, темноволосый, имеет куча татуировок не только на руках, но и на лице. Взгляд его напоминает дьявола, так как постоянно хмурится. Одет также, как и его дружок. Меня настораживает то, что Дарен с ними общается. На фоне таких бунтарей он выглядит как…"чистый" мальчик. Это так странно.
Перевожу взгляд на девушек, но они выглядят не так вызывающе, как парни. Хотя, тоже не лучше. Можно сказать, на них нет никакого белья вообще, если можно считать, что этот лоскут ткани ничего, практически, не прикрывает. Как Кимберли там оказалась и зачем?
Громко ставлю стакан на барный стол и встаю на ноги. Голова слегка кружится, но стоять на ногах пока есть силы. Поправляю свое платье и снова смотрю в сторону Ким. Девушка теперь вовсе сидит в сторонке от них и смотрит в одну сторону. Беру себя в руки, чтобы по пути не упасть, и следую к диванам, где сидят эти…люди. На лице принимаю достаточно решительный и более-менее дружелюбный вид. Вовсе не хочется сейчас с кем-то ругаться, а вот помочь моей подруги уйти оттуда, — стоит.
Кимберли поднимает свои большие голубые глаза. В ее взгляде появляется немое слово "наконец". Подхожу ближе к столику и взгляды пугающих парней направляются на меня. Они пробегаются по мне своими глазами, как будто я живой экспонат для личного оприходования.
— Всем привет, — без намека на неприязнь, приветствую всех и взмахиваю рукой.
Девушки резко смотрят на меня. Вижу по их лицам, что они не очень настроены на дружелюбное общение. Сухо здороваются и снова продолжают болтать друг между другом. Парни бросают заинтересованные взгляды на мою персону, но ничего не говорят. Воспользовавшись моментом, беру подругу за руку и поднимаю ее с дивана. Дарен на нас смотрит, изгибая бровь, но ничего не спрашивает.
— Мы ещё вернёмся! — предупреждает Ким, хотя лучше бы не делала.
Иду вперёд, а подруга плетется рядом со мной. Надо найти тихое и безлюдное место, где можно спокойно у нее все расспросить. Сидеть полчаса и смотреть в пустоту, — не самое лучшее занятие для меня.
Пробираемся сквозь толпу. Уши уже гудят от настолько громкой музыки, что иногда закладывает. Люди со всех сторон ещё больше оживают и ведут себя несноснее, чем было вовремя нашего прихода. Аккуратно толкаю девушек и парней, чтобы для себя построить путь и выйти к лестнице. Все оборачиваются нам вслед, бросая злые взгляды, но потом снова возвращаются к своим "делам".
Через несколько шагов выходим из толпы и собираемся подняться по лестнице, как я врезаюсь в чью-то широкую грудь. Неожиданно холодная жидкость выливается на платье. Отскакиваю от человека и открываю рот от шока. Какого… По платью растекается жёлтое пятно, которое с каждой секундой становится все больше. Капли неизвестной жидкости касаются моих бедер и стекают вниз, вызывая этим щекочущим чувством табун мурашек.
Он…он испортил мамино платье! Боже, как я заявлюсь с таким пятном домой? Злость медленно начинает растекаться по моему телу. Я сжимаю руки в кулаки и стараюсь держаться не так остро, готовая убить всех на своем пути. Этот придурок вылил на меня свое пиво! Как можно быть таким слепым и не заметить девушку?!
Медленно поднимаю голову и встречаюсь уже со знакомыми мне раскосыми глазами, которые самодовольно смотрят на меня. Меня всю передёргивает. Он так воистину победоносно и самоотверженно смотрит на меня, будто выиграл миллион долларов, что хочется залепить ещё одну пощечину… Нет! Лучше коленом ему в одно место зарядить.
Он сделал это специально! Специально вылил свое говно на меня! Но я так просто не оставлю…
— Что ты наделал?! — растерянно и злобно с долькой дикости, таившаяся внутри груди, распирая на части клетки, цежу сквозь зубы.
Поднимаю свой разъяренный взгляд. Парень передо мной возвышается. Стоит гордо с кривой довольной улыбкой, в глазах пляшут смешки, которые так и твердят, в этот раз ты в пролете. Руки чешутся от желания стереть с его лица самоотверженную и ехидную улыбочку, и в частности ленивую позу, передающая всю его победу. Всем своим нутром начинаю не переносить его. Все в нем такое ниже совести, подлое и беспощадное. Для него случайный случай — потеха для удовлетворения своих потребностей.
— Как теперь мне отмыть твое пиво на платье? — тыкаю пальцев на это темное и грязное пятно, растекающееся с каждой секундой, но по нему видно, его это не волнует. — Тебе вот все равно! Тебя не любезничает тот факт, что стоит извиниться и как-то помочь, проявить свою лучшую сторону!
— Что я должен сделать? — складывает руки на груди. Лицо становится таким ядовитым для моих глаз, а усмешка раздражает от того, что посчитал меня полной идиоткой. — Ты думаешь, что я буду извиняться? Ау, проснись! Я тебе тут не принц, чтобы подавать туфельку и везти во дворец, где исполняются твои желания.
