Под конец дня все обрушилось на меня так спонтанно и запутанно, что чувства во мне обжигали органы кипятком. Перевернулась на бок и взглянула на потолок. Никак не ожидала, что моё тело меня же подведёт. Всё, что произошло в той комнате…не назвать правильным и вообще человеческим, учитывая, наше звериное возбуждение. Это отнюдь не просто реакция, это куда глубже и мощнее, что разум больше неподвластен тебе.
Его руки, хищный и голодный взгляд блуждали по моему телу. Он прикасался ко мне резко, без приличий, но нежно и мягко. Я горела под слоем кожи, вибрация от кончиков пальцев отдавала энергетические импульсы по всему телу. Я была готова отдать всю себя, чтобы только почувствовать вкус губ мажора.
Эрик вскружил мне голову. Ещё два дня назад я мечтала его усадить на месте, показать, что так легко ему не сдамся, но это была моя же иллюзия. Пока он был рядом, трогал меня, смотрел на меня, мне захотелось стать для него ядом, отравить себя и его. Отдаться, в конце концов, в его сети, а уже потом вспоминать, что же я наделала, что последует за этим безумием…
И в самом деле, что же было бы потом?
Он ждёт от меня очередной подарок животного секса, о котором он будет помнить, но меня выкинет из жизни. Бросит как ненужный мусор. И мне кажется, если бы нам кто-то не помешал, все это случилось бы именно сейчас. Мы лежали бы вдвоём обнажённые, потные, усталые, но сытные, как коты после молока. В последний раз, взглянув на него, я встала, оделась и исчезла бы из его жизни. И только окажусь в стенах моего спасения, тут же посыпалась бы на мелкие крупинки осознания того, что произошло.
Я этого не хочу. Не хочу, чтобы меня взяли силой, а потом забыли. Я хочу горячей, обжигающей, взаимной, сносившая головы обоим влюблённым, любви. Мне хочется романтики, цветов, подарков, нежности, страсти, полёта в небе. Та ситуация в школе доказала мне, что таким парням верить никогда не стоит. Даже отдавать отчет в том, что для нас обоих секс покажется одним развлечением, ― быстро перепихнуться и оставить до следующего раза, если оно еще будет.
Без сил поднялась и через голову сняла это чёртово платье. Именно оно привело меня в такое не удачное положение. Случайно задела свою грудь рукой и удивилась, насколько твёрдыми стали соски. Под тканью хлопчатых трусиков я чувствовала всю влагу, вызванная от одного касания пальцев парня моей кожи.
Из-под себя достала край одеяла и целиком укуталась, огорождая от каких-то невидимых прикосновений в темноте. Прикрыла глаза, но образ все ещё оставался свежим: накаченный парень, мышцы которого ходили ходуном, вены вздувались, напряжение передавалось от меня к нему и наоборот, когда крепко прижимал меня к себе, стоял передо мной, пока я не почувствовала, что уплываю в царство Морфея…
В понедельник с утра успеваю встать позже будильника и в спешке начать собираться на учёбу. Все валилось из рук. Успевала по несколько раз уронить один и тот же предмет, пока все же не удосужилась его положить на нужное место. Рассеянность меня очень сильно подводила. Без какого-либо желания на выбор наряда надела джинсы и простую футболку, убрала волосы в неопрятный пучок, наконец, выбежала из квартиры, перед этим попрощавшись с мамой и прихватив рюкзак, телефон и ключи.
До начала пар оставалось около пятнадцати минут, а я не знала, успею ли вообще добраться до университета. Моя дорога от дома и до учреждения занимала около десяти, если учитывать, что я вовремя приходила к светофорам. В первый день на неделе так подвести себя не входило в мои планы. Если бы я не просидела за эссе вчера до двенадцати, возможно, утром не случилось бы такого конфуза.
Добегаю до здания вся запыхавшись, ноги сводило от такой резкой пробежки, а сердце стучало с бешеной скоростью. Не приходилось ещё так бегать, что хочется откинуть свои коньки. Вбегаю по лестнице и рывком вхожу внутрь, чуть не сбивая с ног других людей.
Должна успеть.
Пара должна проходить на втором этаже и ускорила шаг, как могла, чтобы точно не оказаться в списке «опоздавших». Оставалось всего три минуты. Миновав лестничный пролёт и толпы людей, собравшихся в коридорах, мне удаётся дойти до нужного кабинета и ворваться туда с красным и измученным лицом. День хуже некуда…
На нашем привычном месте обнаружила Джонсон и, кое-как поднявшись по ещё одним ступенькам, плюхнулась рядом с ней. Откинула рюкзак в сторону, достав оттуда принадлежности, и оперлась головой об руку.
― Ханна, ― заговорила Ким, и в тембре голоса прозвучали нотки смеха и недоумения, ― еще бы чуть-чуть и ты опоздала бы.
― В курсе, ― не поднимая головы, пробубнила в стол. ― Воскресенье было напряженным.
― Понятное дело, эссе нужно было сделать, ― без каких-либо наблюдений, Ким сам сделала заключение. ― Но нужно себя жалеть, Эллингтон. Такими темпами ты будешь лежать в постели с больной головой.
Она мягко погладила по голове.
― Не каркай, воронка, ― приподняла левый уголок рта, но все же задумываясь над ее словами. И, правда, в последнее время я вся в работе и совсем не слежу за перерывами. А мигрень не очень стати.
