– И выпивка для всех бесплатно! – проревел Карнсбик. Жалобы шокированного Маджуда были утоплены в толкучке у стола, где стояли бутылки. – Особенно для самого господина плотника. – И изобретатель как по волшебству материализовал стакан в руке Темпла и налил огромную порцию, улыбаясь так широко, что Темпл не мог отказать. У него с выпивкой могли быть разногласия, но если бутылка всегда была готова прощать, почему бы ему не поступить также? Разве прощение не было соседом божественного? Как от одного стакана можно захмелеть?
Достаточно пьяный для следующего стакана, он повернулся.
– Хорошее здание, парень, я всегда знал, что у тебя есть скрытые таланты, – сбивчиво говорил Свит, плеская третью порцию в стакан Темпла. – Хорошо скрытые, но какой смысл в явных скрытых талантах?
– В самом деле, какой? – согласился Темпл, проглатывая четвертую. Он все еще не мог назвать это приятным на вкус, но уже не было такого чувства, словно глотаешь раскаленную докрасна проволочную мочалку. Как бы то ни было, как он мог захмелеть от четырех стаканов?
Бакхорм достал скрипку и теперь с трудом пиликал, пока Плачущая Скала на заднем плане наносила увечья барабану. Были танцы. Или по крайней мере исполненный благих намерений топот в присутствии музыки, если уж не в точности с ней связанный. Добрый судья назвал бы это танцами, а Темпл сейчас чувствовал себя добрым судьей, и с каждым стаканом – он потерял счет точным числам – он становился все более добрым и менее осуждающим. Так что когда Лулин Бакхорм положила на него маленькие, но сильные руки, он не возражал и фактически с некоторым энтузиазмом испытал напольные доски, которые сам положил лишь пару дней назад.
В комнате становилось все жарче и громче, сияющие от пота лица полные смеха плыли на него, и, черт возьми, он был собой доволен, и не мог вспомнить, когда был доволен так же. Возможно той ночью, когда он присоединился к Компании Милосердной Руки, и жизнь наемника казалась жизнью, в которой хорошие люди вместе встречают риск лицом к лицу, и смеются над миром, и в ней нет ничего общего с воровством, насилием и убийствами в промышленных масштабах. Лестек пытался добавить к музыке свое пение, неудачно, закашлялся и был вынужден быть сопровожденным на воздух. Темпл подумал, что видел Мэра, мягко разговаривавшую с Ламбом под бдительными взглядами нескольких ее головорезов. Он танцевал с одной из шлюх, и делал комплименты ее одеждам, которые были отвратительно яркими, и она все равно не могла его слышать и продолжала кричать "Что?". Затем он танцевал с одним из кузенов Джентили, и делал комплименты его одежде, которая была покрыта полосами грязи от старательства и пахла, как недавно вскрытая могила, но мужчина все равно радостно улыбнулся от комплимента. Корлин протанцевала мимо в величественной схватке с Плачущей Скалой, обе выглядели важно, как судьи, обе старались вести, и Темпл чуть не подавился языком от несходства этой пары. Затем внезапно он танцевал с Шай, и наполовину полным стаканом в одной руке, а у нее была наполовину пустая бутылка.
– Никогда не думал, что ты танцуешь, – крикнул он ей в ухо. – Слишком твердая для этого.
– Никогда не думала, что ты танцуешь, – ее жаркое дыхание было у его щеки. – Слишком мягкий.
– Без сомнения ты права. Меня научила моя жена.
На мгновение она напряглась.
– У тебя есть жена?
– Была. И дочь. Они умерли. Давным-давно. Иногда не чувствуется, что так давно.
Она выпила, глядя на него сбоку через горлышко бутылки, и было что-то в этом взгляде, отчего он затрепетал, затаив дыхание. Он наклонился, чтобы поговорить, а она обхватила его за голову и весьма свирепо поцеловала. Если б у него было время, он мог бы обосновать, почему она была не из тех, кто создан для нежных поцелуев; но не было времени на рассуждения, ни на поцелуй в ответ, или отталкивание ее, или хотя бы на то, чтобы понять, что он предпочитает; а она уже оттолкнула его голову и танцевала с Маджудом, а сам он наткнулся на Корлин.
– Если думаешь, что получишь еще один от меня, тебе придется подумать еще раз, – прорычала она.
Темпл прислонился к стене, голова кружилась, лицо потело, сердце стучало, словно у него была лихорадка. Странно, к чему может привести небольшой обмен слюной. Ну, вместе с несколькими порциями выпивки для человека, который десять лет не пил. Он посмотрел в стакан, лучше было вылить остатки под стену, но вместо этого он решил их выпить.
– Ты в порядке?
– Она меня поцеловала, – пробормотал он.
– Шай?
Темпл кивнул, затем понял, что говорил это Ламбу, и вскоре после этого, что это возможно было не самое умное.
Но большой северянин лишь ухмыльнулся.
– Ну, это наименее удивительная вещь из тех, что я слышал. Все в Сообществе видели, что к этому идет. Резкие разговоры, споры и придирки по поводу долга. Классический случай.
– Почему никто не сказал?
– Некоторые больше ни о чем не говорили.
– Я имею в виду мне.
– Что касается меня, потому что я поспорил с Савианом на то, когда это случится. Мы оба думали, что намного раньше, но я выиграл. Он может быть забавным ублюдком, этот Савиан.
