– Нам их сжечь? – спрашивал кривоногий стириец, скачущий, как дитя, которое хочет пойти поиграть. Он указывал на гравировки, высеченные на древних стволах деревьев, дерево которых, странное и прекрасное, было отполировано годами до блеска.
Коска пожал плечами.
– Если вы должны. Для чего в конце концов дерево, как не для того, чтобы получать огонь? – он смотрел, как наемник поливает маслом ближайший ствол и достает трутницу. – Печальный факт в том, что в любом случае меня это уже не особо волнует. Это скучно.
Темпл вздрогнул, когда рядом с ним упал на землю голый мальчик. Был он жив или мертв, сложно сказать.
– О, Боже, – прошептал он.
– Осторожно! – взревел Дружелюбный, хмурясь на здания слева.
Коска смотрел, как от трупа с проломленным черепом растекается кровь, почти не сбившись в своих рассуждениях.
– Я смотрю на вещи вроде этой и чувствую лишь… легкую опустошенность. Мой разум блуждает в мыслях о том, что на обед, или о постоянном зуде в ноге, или где и когда мне в следующий раз отсосут. – Он начал рассеянно чесать свою шею, затем сдался. – Какой ужас, а, когда в скуку вгоняет такое? – Пламя весело засверкало на боку ближайшей резной фигуры, и стириец-поджигатель радостно подскочил к следующей. – Жестокость, вероломство и расточительство, вот что я видел. Это выжало из меня весь энтузиазм. Я беспомощен. Вот почему ты мне нужен, Темпл. Ты должен быть моей совестью. Я хочу верить во что-то!
Он хлопнул ладонью по плечу Темпла, и тот дернулся, услышал визг и повернулся как раз, чтобы увидеть, как старую женщину пнули с обрыва.
– О, Боже.
– В точности, что я имел в виду! – Коска снова хлопнул его по плечу. – Но если Бог есть, почему все эти годы Он не поднял свою руку, чтобы остановить меня?
– Возможно, мы Его рука, – проворчал Джубаир, который шагнул в дверь, вытирая тряпкой кровь с меча. – Его пути загадочны.
Коска фыркнул.
– Шлюха под вуалью загадочна. Пути Господни скорее… безумны.
Ароматный дым от горящего дерева щекотал нос Темпла. Так же пахло в Дагоске, когда гурки наконец вломились в город. Пламя заливало здания в трущобах, заливало жителей трущоб, люди в огне бросались из разрушенных доков в море. Звук битвы приближался. Лицо Кадии, освещенное отблесками оранжевого, тихий шепот остальных молящихся; Темпл, тянул его за рукав и говорил: "Вы должны уходить, они вот-вот придут"; а старый священник тряс головой, улыбался, сжимая плечо Темпла, и отвечал: "Вот почему я должен остаться".
Что он мог поделать тогда? Что он мог сделать сейчас?
Он краем глаза уловил движение, увидел маленькую фигуру, мелькнувшую между двумя низкими каменными зданиями.
– Это был ребенок? – пробормотал он, уже оставляя остальных позади.
– Отчего все так носятся вокруг детей? – крикнул Коска ему вслед. – Они становятся такими же старыми и разочаровывающими, как и все остальные!
Темпл не очень-то слушал. Он потерпел неудачу с Сафином, с Кадией, потерпел неудачу с женой и дочерью, он поклялся всегда выбирать легкий путь, но возможно на этот раз… он завернул за угол здания.
Там стоял бритоголовый мальчик. Бледнокожий. С рыжими бровями, как у Шай. Нужный возраст, возможно, это мог быть…
Темпл увидел копье в его руках. Короткое копье, но он держал его с удивительной целеустремленностью. В своем волнении за других Темпл пренебрег чувством беспокойства за себя. Возможно это демонстрировало некий уровень персонального роста. Однако с самопоздравлениями следовало повременить.
– Я напуган, – сказал он, не нуждаясь в притворстве. – Ты напуган?
Нет ответа. Темпл мягко поднял руки, ладони кверху.
– Ты Пит?
По лицу мальчика прошло подергивание от шока. Темпл медленно встал на колени и попытался откопать свою старую искренность, что было непросто с этими звуками разрушения, заполняющими все вокруг. – Меня зовут Темпл. Я друг Шай. – Это вызвало еще одно подергивание. – Хороший друг. – Сильное преувеличение, но простительное. Кончик копья закачался. – И Ламба тоже. – Оно начало опускаться. – Они пришли, чтобы найти тебя. И я пришел с ними.
– Они здесь? – Было странно слышать, как мальчик говорит на общем с акцентом Близкой Страны.
– Они здесь, – сказал он. – Они пришли за тобой.
– У тебя из носа течет кровь.
– Я знаю. – Темпл снова вытер ее запястьем. – Не нужно волноваться.
Пит опустил копье, подошел к Темплу и крепко его обнял. Темпл моргнул, затем нерешительно положил руки на мальчика и прижал.
– Теперь ты в безопасности, – сказал он. – Ты будешь в безопасности.
Вряд ли это была первая ложь, что он сказал.
Шай шла по следу вдоль коридора; нужно было продолжать поиски, но она боялась до усрачки, вцепившись в скользкую рукоять меча. Это место освещалось лишь маленькими мерцающими лампами, которые отбрасывали отблески на металлические узоры в полу – круги в кругах, буквы и линии – и на кровь, разлитую между ними. Ее взгляд метался между обманчивыми тенями, перескакивал с тела на тело – Люди Дракона и наемники, разрубленные, пронзенные и все еще кровоточащие.
– Ламб? – прошептала она, но так тихо, что даже сама еле слышала.
