Работа предстояла очень непростая, а участок – достаточно протяжённый: два озера и прилегающая к ним тайга и даже небольшие участки тундры. Самое большое озеро Лабынкыр и поменьше Ястребиное. Колин папа должен был ежедневно обходить территорию и следить, чтобы люди не занимались браконьерством, а именно не били зверя и не ловили рыбу сетями. Осматривать лесополосы, чтобы не было пожаров и всяких других неприятностей и заботиться о молодых побегах, чтобы их никто не ломал и не давил техникой.
– Вот только ума не приложу, что делать с сыном, – огорчался папа, – ему осенью идти в школу, в первый класс, а мне приходится срывать его с места.
– Не волнуйся, папа, – говорил Коля, – я возьму в поселковой библиотеке школьные учебники за три первых класса и буду заниматься сам, дома.
И на самом деле – на следующий же день Коля сходил в поселковую библиотеку и взял учебники за первый, второй и третий классы. По правде сказать, читать и писать Коля уже умел, но решил всё делать по школьной или, как сказала тётя-библиотекарь, педагогической науке.
В ответ же Коля пообещал, что пачкать страницы, загибать листы он не будет, и через три года сдаст учебники обратно в библиотеку в самом надлежащем виде – так тоже сказала библиотекарь.
Дома мальчик бережно обернул школьные учебники калькой и аккуратно сложил их в свой маленький рюкзачок, где уже находились его игрушки – танк, с отломанным стволом, плюшевый медвежонок и разноцветные кубики.
И вот настал день отъезда. Папа с мамой сложили в кузов грузовой машины нехитрый скарб, несколько узлов с одеждой и посудой. Мама очень сокрушалась, что они не берут с собой старый бабушкин буфет, но папа успокоил её.
– Не волнуйся, Ниночка, я попросил своего знакомого оленевода, он присмотрит за нашим домом. И за буфетом в частности, люди у нас в посёлке хорошие, разорять нашу квартиру никто не станет, а вернёмся – будем и дальше жить-поживать в нашем доме.
И мама успокоилась.
Грузовая машина громко просигналила и тронулась в путь. Знакомые мамы и папы и соседские мальчишки и девчонки замахали им на прощанье, помахал рукой им в ответ и Коля. Он прекрасно понимал, что друзья маленько ему завидуют, ещё бы – он едет с родителями заниматься важным и ответственным делом, на далёкое загадочное озеро, а они остаются дома.
Колю и маму папа посадил в кабину вместе с водителем, а сам уселся в кузове присматривать за домашним скарбом, как бы чего не потерять по дороге. Они долго ехали на машине, потом несколько часов летели не легкомоторном самолёте малой авиации, потом опять на машине и, наконец, приехали в небольшое стойбище, где находилось всего несколько юрт и где жил папин дальний родственник.
Родственника звали Николаем, и он тоже, как папа, пас в тундре оленей. Переночевав в большой тёплой юрте, путешественники стали собираться в дорогу.
Ехать пришлось на лошадях. Лошади были небольшие, кряжистые и очень норовистые. Ходить под седлом – оказалось для них делом непривычным, да и не любили они этого, потому что сызмальства привыкли к воле и свободе. Но большой Коля надел на четверых коней покрепче – сёдла, а остальных навьючил домашним скарбом, и лошади смирились. Только по дороге они фыркали и отворачивались, когда Коля пытался погладить их по мохнатым мордам.
Дорога была долгой и опасной, лошади, с людьми на спинах, переходили каменные хребты, почти по горло в воде переправлялись по горным рекам и часами шли по пересечённой местности, поросшей мхами и лишайниками. Хорошо, что большой Коля прилично знал эти места – без него бы папа, мама и Коля просто-напросто заблудились.
И вот, когда Коля, совсем притомился, и очень сильно натёр правую ногу о седло, – из-за очередной сопки открылось озеро Лабынкыр. Коля даже не сдержался и удивлённо ахнул. Озеро было большим и красивым, а на поверхности воды плясали, отражаясь всеми цветами радуги, солнечные блики. Лабынкыр лежал перед ним, как на ладони. Он встречал людей хорошей погодой, а сам уходил дальше за горизонт, и не видно ему было ни конца, ни края.
Жить Колиной семье было где, прямо у водной глади расположилась небольшая бревенчатая изба. В неё были перенесены привезённые вещи. В избе тоже была русская печка, две кровати и маленькие сенцы, где хранились дрова и лучина для растопки.
Папин родственник дядя Коля, как только выгрузили вещи, сразу засобирался в обратный путь. Лошади весело фыркали и ржали, догадавшись, что в обратный путь они отправятся налегке.
Большой Коля, пожелав счастливо оставаться, отправился домой. На прощанье он потрепал Колю по плечу и сказал совсем уж загадочную фразу:
– Ты, Колюшок, Лабынкырского Чёрта не обижай, он хороший.
И уехал, а Коля долго думал, что это за Лабынкырский Чёрт такой? Он даже спрашивал о нём папу и маму. Но им было некогда отвечать на его вопросы, очень уж они были заняты обустройством своего нового жилища. Здесь была какая-то тайна!
