Тапочка старается не смотреть в его гипнотические глаза, обрамленные длинными черными ресницами. Валера, напротив, не отводит от неё взгляд, словно нашёл на её лице письмена, которые хотел прочесть.
– Легкомысленной тебя не назовешь. Ты молода и глупа, чтобы идти с поручением в неизвестное место. А это самый настоящий вертеп!
Как будто прощался с нею, даже не успев познакомиться.
Свидание не заладилось: он сразу ушёл.
– Я его обидела? – спросила она у Фермера.
– Все в порядке. Его никто не может обидеть. У него дьявольски крепкие нервы. А как вас зовут?
– Вы слышали.
– Я не поверил, думал, насмешка.
– Нет, все правильно. У меня записано в паспорте.
Поговорив со знакомыми, Тапочка стала рассматривать женщину.
– Я вас не знаю. Кто вы и что здесь делаете?
Гостья захихикала, словно дурочка.
Выглядела она потрясающе – блондинка с длинными волосами, в затемненных очках, она щеголяла алыми туфлями со шнуровкой и белом платье из хлопка. Таких нарядов Тапочка ещё не видывала. Держалась эта женщина раскованно: она положила ногу на ногу и покачивала туфлей, при этом намазывая руки кремом и отпивая из бутылочки минеральной воды
– Знакомься, это Ангелина. – Фермер отложил чемоданчик с железками, взял на себя обязанности хозяина.
По случаю праздника он оделся чисто, и волосы завязал в хвостик.
Включили электричество, и в его домике стало светло. Тут царила особая атмосфера: на стене были развешаны ружья и фотографии с охотничьими трофеями. Отдельно в рамке висел диплом победителя первенства по биатлону.
– Чей?
– Мой. – Хорошо, что Валера пришел, теперь все в сборе.
– А где Виталий?
Женщина в белом платье захихикала. На платье у неё выступили следы от дезодоранта.
– Волк переодевается после охоты. Он в болото попал.
Тапочка говорит, что это не страшно, она подождёт. Ей главное к обеду не опоздать, а так она свободна.
– Тогда ты можешь не торопиться. Кухня разворочена, это Фермер новый силовой кабель пробрасывает, а то у нас прям беда, постоянные отключения электричества. Из-за него обедаем мы здесь, в домике, а тётя – у себя. У нас на обед рыба.
– Где это ты поймал? – спросил его Фермер, который вернулся к своим железкам.
– Мы с Волком оба поймали на рынке за сто пятьдесят рублей, – ответил Валера рокочущим баском. – Девушкам нравятся копчёные лещи? – обратился он к Красной Тапочке.
– Не особенно. Я предпочитаю шоколад. Как идут торги? – пренебрегая его вопросом, девушка обратилась к Фермеру.
Он удивился:
– Торги растут, спрос тоже.
– Значит, и ваши акции поднимаются в цене? – уточнила Тапочка.
– По всей видимости так.
– Это радует. А где накрывать? Тут стола нет, – девушка переходит к практическим вещам.
– Расположимся прямо на козлах, – командует Валера. – Волк, помоги.
Если бы Тамара увидела сейчас Волка, она сказала бы, что он псих ненормальный. Даже для дома, где собаки лазают в окно, Волк в парике с локонами и в женском платье – это слишком. А Тапочку ничем не удивишь, она всего навидалась.
– Ты бы видел, на что похож, – всплеснула она руками.
– Я в болото попал, джинсы измочил. Надел, что нашлось.
В Колшево творилось что-то неладное – то электричество отключают, то охота, то наводнение, то Волк чуть не утонул в болоте. Он утверждал, что шел по вешкам, но они переставлены.
– Ладно причитать. Откуда халат? Бабушкин? – спрашивает Тапочка.
– Обижаешь, от модели осталось, тут ночевала и забыла пеньюар. Это самое приличное. Ещё шортики есть…
Тапочка замахала руками: не надо шортиков.
Привыкнув быть в центре внимания, Волк не приобрел навыков вести себя прилично. Огрехи воспитания, полученные в глуши, сейчас особенно бросались в глаза. Впрочем, со своими недостатками он научился справляться и выставлял грубость за оригинальность, подозревая, что это и есть искренность.
Волк обладал несомненным артистизмом – взять хотя бы его копирование Ангелины. При личной встрече с ней Тапочка убедилась, что манера поведения передана точно: Ангелина имела привычку пить минеральную воду из бутылочки, смазывать руки кремом и покачивать туфлей, которая сползала у неё на пальцы. Эти подробности восхищали Волка, и смысл его жизни составлял интерес к девушкам (что от Тапочки не укрылось). Женщины подозревали, что ему от него что-то требовались, и не ошибались – натура у Волка была простая.
Строительные козлы уставили бутылками пива и воблой, с которой Валера обдирал чешую.
– Ведь удалось обмануть? – подначивал Тапочку Волк.
– Нет. У тебя уши лохматые, – ответила она.
– Ох, не начинай! Рекомендую, друзья, единственную в своем роде девушку-ветеринара! Я сам видел документы, которые переслали по почте нашей тетушке. Правда, в свидетельстве имя написано нечётко. Бритвой подчищали? Сколько вам лет, девушка? 17? И уже получили ветеринарное образование?
– Курсы зоотехников. Я предпочитаю самообразование.
– А дальше что? Университет?
– Нет, какие-нибудь курсы и потом подработка в этой области. А книги я читаю, какие считаю нужным.
