Драко с трудом справился с управлением настоящей метлой. Но, только ему пришла в голову мысль о посадке, он стал стремительно падать. Ещё бы чуть — чуть и малыш бы разбился, но падение смягчили, если можно так сказать, ветки дерева, на которое ему пришлось упасть. Падая сквозь крону раскидистого дуба, Драко получил несколько весьма серьёзных ушибов и сломал руку. Упав на землю, мальчик потерял сознание.
— Гарри, я не знаю, как объяснить тебе. Я должна уехать. Но я вернусь, обещаю! Однажды я вернусь.
Директор позволил мне поговорить с Гарри до отъезда, и я не преминула воспользоваться этой возможностью, чтобы объясниться с ребёнком.
— Всё правильно. Дамблдор мне сказал. Но я всё ещё не понимаю, почему ты не можешь остаться, мам?
— Прости меня, малыш. Я бы с радостью осталась с тобой, но мне нужно домой. Там происходит что — то странное.
— А почему ты не хочешь взять меня с собой?
— О, малыш. Мне не позволят вывезти тебя из Англии. Директор Дамблдор помог мне. Мне приобрели билет, и я уеду сегодня. Но я обещаю, что как только смогу, я приеду и заберу тебя.
— Я понимаю, мам. Ты приедешь и заберёшь меня. Я буду тебя ждать, — малыш вскочил на кровати и повис у меня на шее.
Ох.… Не могу я так больше.
— Солнышко, я не твоя мама… Я только… стоп, малыш, нет, не надо плакать…
Боже, как я устала! Как же я хочу домой.
— Гарри, посмотри на меня, — когда малыш поднял на меня заплаканные глаза, я продолжила. — Я не твоя родная мама, ты знаешь, твоя родная мама погибла. Она любила тебя и любит до сих пор. Она не хотела бы, чтобы ты страдал, и, помня её, ты не должен отчаиваться. Директор и Северус позаботятся о тебе. А я приеду, как только смогу. Но мне могут так и не позволить быть с тобой. Поэтому, я хочу, чтобы ты помнил: я всегда буду тебя любить, и ты можешь рассчитывать на меня.
— Ты обманула меня? Ты обманула, когда сказала, что не бросишь.
У меня резко начала болеть голова.
— Я не обманывала тебя, малыш.
— Ты больше не хочешь быть моей мамой. Конечно, кто захочет быть мамой такого урода, как я.
О, Господи, что же произошло с этим ребёнком? Что за опекуны были у него?
— Гарри! Никогда не говори так о себе! Ты самый лучший! Я просто недостойна, чтобы у меня был такой ребёнок, как ты.
— Нет, я хочу, чтобы ты была моей мамой! И никто больше!
— Хорошо, Гарри, — устало ответила я. — Я буду твоей мамой. Я приеду и заберу тебя. Тогда дождись меня, ладно?
— Конечно, мам.
Ещё раз обняв худенькое тельце, я уложила мальчика в кровать и вышла из комнаты.
Боль в голове, начавшая утихать, вернулась снова и с каждым шагом всё нарастала. На какое — то мгновение мне показалось, что я больше не могу терпеть, и моя голова сейчас взорвётся.
Прислонившись к стене, я отдышалась. Шум в ушах стал стихать, и боль почти отпустила. Оторвавшись от стены, я продолжила путь в Большой зал, как сказал мне директор. Из — за поворота появился знакомый мне силуэт. Северус Снейп шёл мне навстречу.
— Здравствуйте, — сказала я, когда поймала его взгляд.
Северус молча остановился. Он продолжал сверлить меня своим взглядом.
— У Вас ничего нет от головной боли? — спросила я, чтобы услышать от него хоть слово.
Словно что — то решив для себя, Северус кивнул и сказал:
— Да, простите, мисс. Добрый день. Вы были у Поттера?
— Да, я хотела попрощаться с ним.
— Ясно. Вот, возьмите, — Северус выудил из кармана мантии пузырёк, — это зелье от головной боли. Можете взять его себе.
— Благодарю, — я открыла пузырёк и сделала глоток. — Могу я задать Вам вопрос?
— Да, что вас интересует? — спросил он, смотря поверх меня.
— Мама Гарри, кто она? Вы были с ней знакомы?
— С чего Вы взяли это? — вместо устало — раздраженного его голос стал удивлённым.
— Когда он сказал, что я — его мама, Вы бурно отреагировали. И я предположила, что Вам…
— Всё верно, я знал её.
— Что с ней случилось?
— Она погибла, Вы же знаете, — раздражённо произнёс он.
— Да, но как это случилось.… Простите, если Вы посчитали это праздным любопытством. Я собираюсь усыновить мальчика, мне нужно это знать.
— Усыновить? Разве директор не сказал Вам, что Поттер должен вернуться к родственникам?
— О, да. Но малыш не хочет слышать. Он за один день привязался ко мне. И считает, что я — единственная, кто может заменить ему мать. Я не могу обмануть ожидания ребёнка. К тому же, я подозреваю, что с ребёнком плохо обращались.
— Это правда, — Северус, словно забыв, куда шёл, последовал в мою сторону, и я пошла за ним. — Я видел, где они держали его. Ребёнка часто незаслуженно наказывали.
— За что так с ним?
— Эти люди ненавидят магию и любые её проявления. Я знал его тётушку. Когда мы ещё были детьми, она часто ссорилась с сестрой из — за магии, пыталась нас рассорить. И сейчас Поттера наказали за стихийное проявление магии. Хотя мальчик совсем не был виноват.
— Значит это стихийная магия…
— Простите?
— Я в детстве и позже тоже часто думала, что это со мной происходит…
Северус слегка улыбнулся.
— Не волнуйтесь, всё ещё наверстаете.
— Вы читаете мои мысли?
— Ваши мысли написаны у Вас на лице.
Теперь улыбнулась я.
