— Я думаю, мы можем снять подозрение с госпожи Лавинии, — оповестил всех мэтр. — Если Депт не сидел за столом, а стоял посреди кабинета, у госпожи Лавинии не было никакой возможности ударить его по макушке. Депт чуть выше меня, но могу поспорить, госпоже Лавинии и меня будет трудно стукнуть таким образом, да еще с такой силой, чтоб проломить череп.
— Госпожа Лавиния, не подумайте, что я подозреваю именно вас, но в силу моего рода деятельности я ищу строгие доказательства, чтоб снять с кого-либо подозрения. — Гриз обернулся к мэтру. — Госпожа Лавиния могла каким-нибудь образом заставить его склониться, присесть или упасть на колени.
— Каким? Как вы могли вчера видеть, Депт вовсе не был стройным человеком, как и многие в его возрасте. Не могу себе представить, чтобы живя в доме Депта две недели госпожа Лавиния внезапно решилась бы на такой странный план. Даже со мной у госпожи Лавинии этот номер не прошел бы, а я вешу меньше Депта. Как мы наблюдали, госпожа Лавиния и Депт мирно общались и не были в ссоре. При всей вспыльчивости природниц я не могу согласиться, что госпожа Лавиния внезапно настолько разъярилась на Депта, что решила ударить его по голове, невзирая на разницу в росте и весе.
— Господин Гриз, — решила я вмешаться. — Если госпожа Лавиния лечила господина Депта, то у нее не было никаких оснований полагаться на физические действия с сомнительными шансами. При желании убить Депта она воспользовалась бы своим искусством. Полагаю, у нее получилось бы сделать это достаточно незаметно.
— Госпожа Ида, меня пугает ваша уверенность. Вы некоторым образом коллега госпожи Лавинии. Позвольте мне воспользоваться вашей компетентностью и задать несколько вопросов. Насколько далеки от истины утверждения, что у каждого лекаря есть свое "маленькое кладбище"?
— Если вы говорите о лекарских ошибках, то сомневаюсь. Пока лекарь не готов к качественной самостоятельной работе, за ним наблюдают старшие коллеги и вмешиваются, если видят ненадлежащие решения. Ошибки, разумеется, случаются, но гораздо реже, чем подозревают обыватели. Если вы имеете в виду умерших, которых можно было бы спасти… в каждом случае есть множество факторов, которые влияют на шансы больного выжить. Мы не властны над всеми.
— Благодарю вас. Насколько я вас понял, когда вы говорили про искусство Лавинии, вы имели в виду, что если сведущий в лечении маг захочет убить пациента, он может немного поработать над шансами больного, сведя их на нет?
— Именно так.
Я старалась сохранить бесстрастное лицо, но по напряжению Гриза я поняла, что он что-то заметил.
— Известны ли вам такие случаи?
— Господин Гриз, я думаю, вы знаете мир преступлений лучше меня. Возможно, вам попадались дела, где лекари-убийцы не сумели хорошо замести следы. В случае удач, полагаю, о таком не рассказывают.
— И вы никому не рассказали?
Я еще пыталась состроить удивление, но поняла, что отлившая от лица кровь выдала меня с головой.
Что ж, я знала, что рискую. Я не могла предположить, что угроза произойдет не от недосмотра, небрежности или случайности, а из-за моего неумения держать лицо.
Пришло время платить по счетам. Я обвела взглядом пятерых, которые замерли, ожидая моего ответа.
— Да, на моем "маленьком кладбище" есть человек, которого я отправила туда совершенно сознательно. Но это не Депт.
— Кто же?
— Господин Застан. Он не настолько известен, как Депт, вряд ли вам что-то скажет это имя. Но я могу рассказать обстоятельства дела.
— Я думаю, нам стоит налить по чашечке чая и выслушать историю госпожи Иды, — предложил маг.
Я была благодарна ему, что дал мне возможность собраться с мыслями.
Мэтр Джилен вызвался помочь Гризу и Мафину собрать чаепитие, и когда все расселись, Гриз кивнул мне:
— Госпожа, мы всецело во внимании.
Я сделала пару глотков чая, чтоб смягчить горечь воспоминаний, и принялась рассказывать.
"Половина лечебницы отведена для тех, кто способен заплатить за себя, и они существенно пополняют наш бюджет. Некоторым пациентам необходим присмотр хорошо обученной медсестры и регулярные визиты врача, другие не доверяют сиделкам и согласны заплатить несколько десятков, а то и сотню-две золотых, чтоб иметь возможность видеть врача немедленно. В таких палатах лежат по одному, и посетителям дозволено приходить с утра и до вечера.
Господина Застана привезли при смерти, и мы быстро установили, что с его сердцем дело плохо. Нашей команде лекарей удалось вернуть его к жизни, и господин Застан пошел на поправку. Еще день-другой, и его должны были выписать. Разумеется, ему еще долго не стоило бы напрягаться, ему требовалось бы отдыхать больше, чем обычному человеку и принимать укрепляющие снадобья, но все же он мог покинуть стены лечебницы без угрозы здоровью.
