Шикарную трехкомнатную квартиру в только что построенном доме семейка из пятнадцати человек в одночасье превратила в общественный туалет. Но больше всего Женьку поразило то, что в холодильнике они держали обувь.
Оказалось, что эти люди никогда в жизни не видели холодильника и решили, что данный ящик вполне сгодится для того, чтобы служить складом для стоптанных тапочек. Но и смеяться над ними грешно. Они приехали из такой нищеты, что и врагу не пожелаешь! В своих деревнях они не то что холодильник или телевизор, они и велосипед-то никогда не видели.
Чёрный сел за стол, включил компьютер. Тупо уставился в экран. О чем писать? Давным-давно все уже писано-переписано. Что-то выдумывать не интересно, а то, что происходит, — попахивает дурно. Все эти предвыборные компании — очередная туфта. Большинство тех, кто рвётся в депутаты, достойны тюремных нар. Уж кто-кто, а Евгений очень хорошо это знает.
Столько лет вертится внутри этого дерьма. Один и нынешних депутатов, молодой и перспективный Миша Цырин, который в Израиле переделался в Моисея, несколько лет назад содержал публичный дом. Об этом, правда, до сих пор никто не знает, или почти никто. Женьке-то и самому стало известно об этом совершенно случайно. Вот если бы написать о Цырине как о сутенёре, хрен бы он когда-нибудь занял депутатское кресло. Хотя, скорее всего, все равно бы занял. У него папаша миллионер. Интересно, что свои бабки папаша сделал на нищих «русских» евреях. В самом начале Большой алии скупал по дешёвке квартиры, они тогда копейки стоили, а потом продавал их
По цене раз в сто дороже. Тоже, конечно, бизнес, но сколько людей «прогорело» на этих квартирах! Сколько сломанных судеб, сколько самоубийств! Уму непостижимо! Эх, уехать бы куда-нибудь…
Хоть обратно, в Питер или в Москву… Надоел этот Израиль до чёртиков! Да что толку рыпаться, денег все равно ни гроша. Да и кому он в России нужен? Вот бы с Иркой туда поехать! Хотя чем черт не шутит, может когда-нибудь…
Тем более что она коренная Москвичка! Ей в Израиле снега не хватает! Ирка мечтает о домике под Москвой. А что, мысль хорошая, он тоже был бы не против. Смешно, уехать из России, чтобы потом о той же России мечтать.
Зазвонил мобильный.
— Алло!
— Господин Чёрных? — мужчина говорил по-русски, но с жутким акцентом.
— Ну? — грубо отозвался Евгений.
— Хотите заработать? Мы хорошо заплатим.
— Может, представишься для начала? С кем я говорю?
— Моё имя вам ничего не скажет. Но если вам так легче, можете называть меня Эдик.
— И что же вам нужно, Эдик? — саркастически спросил Евгений. Он уже привык к тому, что ему обычно звонят представители криминальных структур, которые хотят через газету «наехать» на своих конкурентов. Или политики, которые «сливают» компромат на своих высокопоставленных «друзей». Особенно в период предвыборных компаний.
— Мне не хотелось бы говорить об этом по телефону. Могу только намекнуть, — тон Эдика был серьёзным, но не угрожающим. Таким тоном говорят обычно полицейские следователи. — Вы ведь были дружны с Натаном Гринбергом. — Он не спрашивал, он утверждал. — Вот об этом мы и хотели поговорить.
В груди у Евгения похолодело. Значит, звонок связан с Натаном. Может, снова всплыло убийство Фазиля? Или это связано с выборами? Натан ведь добился своего. Мало того что создал свою партию и к нему потянулись бизнесмены, так он ещё и учредил банк, куда люди вкладывают деньги под пятнадцать процентов годовых. Ни один израильский банк не даёт таких процентов. Конечно, он им дорогу перешёл. С самого начала было понятно, что Натану этого не простят. Но тот упёрся рогом, ничего не хотел слушать. Вот и дождался! Интересно, а от Евгения чего хотят? И кто этот Эдик с таким кошмарным акцентом? То. Что не «русский», это понятно. Но акцент у него не ивритский, скорее, кавказский. Впрочем, хрен их разберёт. В Израиле все так перемешалось, что сам черт ногу сломит.
— Если вам нужна информация, вряд ли вы её получите от меня, — сказал наконец Чёрный. — Мы уже давно не общаемся. У него свои дела, у меня — свои.
— Мне это известно. И все-таки я хотел бы с вами встретиться. Учтите, в первую очередь, это будет выгодно вам, господин Чёрных, — настаивал Эдик.
— Хорошо. Где и когда? — надо же выяснить, кому и зачем он понадобился.
— Если вы не против, я мог бы через десять минут быть у вас.
— Нет, я против. Лучше где-нибудь на нейтральной территории, — отрезал Чёрный.
— Приходите в парк через полчаса. Я подойду к вам.
— Как же вы меня узнаете?
— Вы личность известная, так что — без проблем.
Евгений положил трубку. Что теперь делать? Позвонить Натану? Тогда уж лучше из автомата. Не исключено, что домашний телефон прослушивается. Или сначала выслушать «Эдика»? А потом уже после разговора думать, что делать дальше: сразу поставить в известность Натана или не тревожить его почём зря. Да, именно так он и сделает.
