– Да ты же вся дрожишь! Нет! Так дело не пойдет! Идемте со мной!
Когда мы спустились на третий этаж, я попросила Кристину сходить за теплыми вещами, а сама повела Диану к себе в кабинет.
– Садись ближе к батарее, там теплее, а я пока поставлю чайник.
Она медлила.
– Садись! Садись! – подогнала я ее. – Отогревайся! А то подхватишь еще воспаление.
Через минут пять вернулась Кристина, и мы принялись за чай. По ходу разговора старалась отвлечь их от неприятных мыслей: расспрашивала об учебе, интересовалась, откуда они приехали. За беседой время пролетело незаметно.
– Ну, что лучше? – спросила у Дианы.
– Да…
– Надеюсь, в дальнейшем обойдемся без глупостей? – Они кивнули. – Ну что ж, тогда сейчас отправляйтесь по домам, а завтра жду вас у себя. Посмотрим, что можно будет сделать. Меня вы найдете здесь в триста двенадцатом кабинете или если что, разыщите на кафедре.
– Простите, но вы не сказали, как вас зовут?..
Я улыбнулась:
– Заславская Олеся Юрьевна.
И они стали одеваться, а я обратилась к Кристине:
– По возможности не оставляй ее сегодня одну.
– Мы живем в одной комнате в общежитии.
– Это хорошо. Сами дойдете или я могу вас проводить?
– Сами! Спасибо! – накидывая пуховик и застегивая его, ответила Кристина.
Я проводила их до лестничного пролета, и мы попрощались. Кристина с Дианой не спеша стали спускаться, а я еще некоторое время постояла. Мысленно прокручивала все произошедшее от начала до конца и ужасалась тому, что могло бы произойти, не появись я вовремя. Легкая усталость разлилась по всему телу. «Нужно вернуться за вещами и тоже идти домой. Сегодня был трудный день…» – и вздохнула. Еле передвигая ноги, побрела в кабинет. Неожиданно меня окликнул Сергей. Я невольно остановилась и, когда обернулась, он уже поравнялся со мной.
– Я думал, ты уже ушла, – начал он говорить, но видимо, обратив внимание на мой расстроенный вид, спросил. – Что с тобой?
– Мне… – попыталась я ответить, но голос дрогнул.
Резко ноги подкосились, и я чуть не оступилась, но Сергей успел меня удержать. Наши взгляды встретились. В то мгновение что-то во мне шевельнулось, что-то давно забытое…
– Пойдем… – сказал он после непродолжительного молчания.
Сил отпираться и возражать не осталось. Пока мы шли до кабинета, меня начало трясти.
– Проходи, присаживайся… – произнес он, но ноги не слушались.
