– Нет. Этот город навсегда останется для меня родным и дорогим сердцу, но мой дом в Кисловодске. Хотя если б кто-нибудь мне в годы юности сказал, что я отсюда уеду, ни за что бы, не поверила. Для меня это всегда было чем-то диким и противоестественным.
Женя усмехнулся.
– Как же решилась?
– Не знаю. Понимание этого пришло, как что-то само собой разумеющееся. В один прекрасный день я проснулась с четким осознанием того, что больше мне здесь делать нечего…
Мы дошли до спуска, идущего к набережной. Мне не захотелось идти к мосту, и мы остались ждать всех на смотровой площадке. Урал еще не замерз. Женя встал сзади и обнял меня.
– Я всегда хотел иметь младшего брата.
– Не знаю, мы с Оксаной никогда не были дружны. Может, из-за большой разницы в возрасте, почти семь лет. И она, сколько ее помню, всегда и во всем завидовала мне.
– Да, вы совсем не похожи.
– Не знаю, все всегда говорили наоборот.
– Может внешне и да, но не внутренне. Вы как солнце и луна, вроде и похожи, но солнце одаривает теплом, а от луны веет холодом…
***
В ресторане, наконец, увидела Настю. За эти два дня мы ни разу не встретились: ни у нас дома, на регистрацию в загсе она тоже не пришла. Пашу я видела, но подойти и расспросить его о Насте не представилось возможности. Мы с ней сразу отошли в сторону поболтать. Женя как раз отлучился на улицу, а то он просто не дает мне шагу ступить, постоянно находится рядом.
– Наконец-то мы встретились! – радостно произнесла я, и мы обнялись. – Я уже думала, что уеду так, и не повидавшись с тобой.
– Задержалась на работе. Но я тоже рада тебя видеть! Как ты?
– Все как у всех: дела, заботы. Но на тебе, смотрю, что-то совсем лица нет.
От моих слов Настя еще сильнее побледнела, а на глазах сверкнули слезы.
– Лесь, давай не будем сейчас обо мне, а то я и тебе и себе настроение испорчу.
– Что случилось?
После недолгого молчания она рассказала, что они с Пашей разводятся, у него появилась другая женщина и есть ребенок… В глазах потемнело, а в сердце так защемило, будто его пронзили повторно ножом в рану, которая только-только начала понемногу затягиваться. В горле встал комок, но я пересилила себя и спросила:
– Но как?
– Лесь, это долгая история, и здесь не лучшее место, чтобы ее обсуждать.
Я хотела еще что-то сказать, но сзади подошел Женя и отвел меня в сторону под предлогом очень важного дела. Через несколько минут начался медленный танец.
– И что же за срочное дело у тебя ко мне? – с ухмылкой спросила я.
