– Потому что с ними было просто и легко, а твой образ окружал ореол известности. Плата за популярность. Я сама надела на тебя корону величия и долго не могла разобраться, я именно к тебе испытываю чувства или это отголоски былых девичьих фантазий, – Женя усмехнулся, а я перевела дыхание и продолжила. – Потом были съемки клипа и участие в конкурсе.
– Запись этого выступления я видела, но как так получилось, вы ведь по роду деятельности не имели никакого отношения к съемкам и модельному бизнесу?
– Не знаю, Макс мне предложил, и я из любопытства согласилась. У меня всегда вызывает интерес то, что разнится с моей повседневной деятельностью. А это был такой контраст, совершенно другой мир, как мне тогда представлялось, неизведанный и манящий. Поэтому я оказалась бессильна против своих желаний.
– Но чуть дорого за это не заплатила, – снова вмешался Женя. – Об этом никому неизвестно, но во время того выступления у нее оборвался страховочный трос, и она чуть не упала навзничь. Чудом я заметил это и вовремя успел поймать, и повредилась только нога… Но в то же время этот случай позволил нам сблизиться.
– Собственно поэтому мы и оказались в Кисловодске, – добавила я.
– Вам нравится этот город?
– Да, я очень люблю Кисловодск. Он стал для меня вторым домом. Мне по душе его размеренный, никуда не спешащий ритм жизни, овеянная преданиями старина и уединенное местоположение, деревья с птичьими гнездами и старинные фасады домов. Люблю читать чувство легкой апатии на лицах местных жителей и отдыхающих. В этом есть своеобразная одухотворенность. По сравнению с Кисловодском, Москва для меня слишком шумный город, неугомонный и суетливый.
– Я так понимаю, перед вами не стоял трудный выбор, где поселиться жить?
– Спустя год после нашего знакомства она просто переехала сюда без лишних вопросов, – снова ответил Женя. – Так мы здесь и живем, по сей день.
– Чем вы занимаетесь?
– По образованию я – психолог. Несколько лет работала в местном санатории, вела консультации, а сейчас преподаю психологию в филиале одного их вузов региона. Не так давно защитила кандидатскую диссертацию.
– На ваш взгляд, не странное сочетание рок-музыкант и кандидат наук.
– Нет. Мы заняты каждый своим делом и друг другу не мешаем.
– Помнится, ты когда-то высказывалась моему отцу, что мы занимаемся практически одним и тем же. Та же работа с аудиторией, разница лишь в масштабах и излагаемом материале. Лектор доносит до слушателей научные знания и догмы, а солист – свои мировоззрение и мироощущение наперевес с жизненной философией.
Я улыбнулась.
– А как вы относитесь к творчеству вашего мужа? Критикуете ли?
– Очень каверзный вопрос. В юности мы с подругой увлекались их творчеством. А сейчас… Да и сейчас я в курсе всего того, что они делают…
– Она наша самая преданная поклонница. Причем безошибочно может определить, какие песни попадут в топ, а какие останутся проходными.
Резко у Жени заиграл телефон, и он на пару минут отлучился, но потом снова вернулся.
– Звонил Данил. Они приедут сегодня вечером.
– Хорошо.
– Данил – это ваш старший сын?
– Жени от первого брака. Сейчас он учится в Москве на последнем курсе университета.
– Но ведь у вас есть еще двое сыновей?
– Да, Артем и Егор. Они учатся в местной школе.
– По стопам папы не хотят пойти?
– Не знаю, я за ними такого рвения не наблюдала. Во всяком случае, мы поддержим любой их выбор.
– На недавно прошедшей пресс-конференции вы упомянули об еще одном ребенке?
– Можно без комментариев.
– Хорошо… Чисто по-женски хотелось поинтересоваться, меня волнует вопрос, как, наверное, и многих наших читательниц. Как вы переносите долгие отъезды Евгения? Ведь у группы достаточно плотный гастрольный график, концерты запланированы на месяцы вперед, постоянно проходят съемки клипов, да и записи альбомов отнимают много времени.
Я покосилась на Женю, но стала говорить:
– За почти десять лет брака я привыкла к его постоянным отлучкам. Для меня наоборот становится странным, если он подолгу задерживается дома. Это первый звоночек, что что-то пошло не так. Может, это и необычно звучит, но я осознанно делала выбор и знала, с кем связываю жизнь. Поэтому я никоим образом не хочу ограничивать его свободу или менять. Это тяжело, иногда невыносимо, но у каждого своя ноша.
– Не верьте ей! – возразил Женя. – Она как никто может ограничивать мою свободу и держать возле себя. Просто чувство долга и ответственности перед остальными выходит на первое место.
Я бросила колкий взгляд на Женю, а журналистка только заулыбалась.
– Следующий вопрос, а как насчет девушек. Ведь они постоянно крутятся возле Евгения?
– Конечно, я бы солгала, если бы не призналась в том, что поначалу мне не давала покоя его жизнь во время концертов или я не думала обо всех тех женщинах, с которыми он постоянно пересекается. Но мы доверяем друг другу. Чувство верности и преданности должно быть в голове и расстояние никакой роли не играет. Можно находиться рядом и изменять друг другу направо и налево.
– Но если позволите, я упомяну, что не так давно ходили слухи о …
