Старшая племянница съехала вниз и врезалась в Рэд. Рэд, как со взрослой, боднулась с ней головами и прижалась к ее шее. Ребенок прислонился к ней в ответ, как бы говоря: «Вот видишь! Я могу сражаться, как взрослая! Я готова занять свое место в стае!»
Несколько секунд рапторы шутливо боролись. Наконец Рэд освободилась и подняла голову, чтобы отыскать сестру.
Там, где они ее оставили, из снега вынырнула голова. Голова раптора. На секунду Рэд обрадовалась: сестра жива!
Но голова закачалась вверх-вниз и захныкала. Это был младший детеныш. Рэд издала низкий, булькающий звук — зов приветствия. Послышался слабый ответ. Рэд захромала в направлении звука.
Сестра лежала рядом с младшей дочерью. Когда Рэд подошла и села около них, та попыталась поднять голову. Рэд вытянула морду и стала слегка тыкаться носом по всему телу сестры. Крови нигде не было, кроме капли в углу пасти. Рэд посмотрела на грудную клетку.
С каждым вдохом и выдохом грудь поднималась и опускалась, и была ясно видна неровность реберных костей.
Ветер усилился. Младший детеныш попытался забиться под Рэд, чтобы укрыться от холода, и стал карабкаться через ее раненую ногу.
Рэд взвыла от боли. Детеныш отпрыгнул и прижался к своей старшей сестре. Старшая племянница стояла неподвижно, она была в шоке. Она всегда полагала, что мать постоянно будет рядом, чтобы оберегать их. Жизнь без нее представлялась ей немыслимой.
Сестра Рэд приподнялась на передних лапах и издала тихие утешающие звуки.
Рэд стало легче. Она немного успокоилась. «Все будет в порядке», — говорил ее мозг. Она старалась не замечать, как безжизненно лежат на снегу задние лапы сестры.
Весенний снег остудил воздух. Рэд всю ночь не сомкнула глаз. Она лежала свернувшись около сестры с одной стороны, а племянница — с другой. Слышалось только слабое дыхание.
Утром Рэд понюхала воздух — он был наполнен угрожающими запахами. Два или три незнакомых вида травоядных большими группами двигались по горному плато наверху. А из долины за деревьями доносился сильный запах дейнонихов.
Рэд решила, что должна увести стаю назад, в безопасную пещеру, и осторожно ухватилась за сестру передними лапами и зубами. Она сделала несколько шагов вверх по холму, волоча по земле тело сестры. Но потом Рэд почувствовала, как ее собственная левая нога совсем ослабела, и она тяжело съехала обратно вниз. Рэд вздохнула и села. Она начала похныкивать, но это расстроило детей, и она затихла.
Сестра открыла глаза — взгляд был безумный, дикий и блуждающий. Ее тело задрожало, по хвосту и шее пробежала судорога. Теперь Рэд заметила, что одно сломанное ребро острым зазубренным концом пропороло шкуру сестры и торчало наружу. Старшая дочь попыталась поднять голову матери, но тут же уронила ее и посмотрела на Рэд.
Рэд все еще не теряла надежды. Она знала, что тело раптора может выдержать сильнейшие травмы и все же поправиться — если только стая будет при этом кормить и защищать увечного от холода, жары и опасностей. Рэд случалось видеть такие выздоровления. В Азии, когда она была ребенком, ее дядя вернулся в гнездо весь израненный соперничающей стаей рапторов — и через неделю он уже был здоров.
«Может, мы сможем построить гнездо прямо здесь — может быть, стая сумеет уберечь сестру здесь», — думала Рэд. Она оттащила сестру под дерево, где была готовая подстилка из опавших веток.
Сестра вновь открыла глаза и посмотрела на Рэд. Рэд была озадачена: во взгляде сестры было спокойствие и твердость и совсем не было той неистовой энергии, к которой привыкла Рэд. Старшая дочь уткнулась носом в морду матери.
Рэд чувствовала, как возросла ее ответственность за стаю. Она ощущала себя матерью семейства. Она потрогала обоих детенышей за кончик носа. Младшая прижалась к ней. Старшая отошла назад. По крайней мере в ближайшее время Рэд должна будет кормить и оберегать их, нравилось им это или нет.
Рэд чувствовала на себе давление законов рода. Обязанности воспитания детей после ранения или смерти матери автоматически переходили к ее сестре.
Это новое чувство разделенного с сестрой материнства придавало Рэд огромную жажду жизни. Она проверила свою левую ногу — та болела, но Рэд была уверена, что через день-два сможет ходить и охотиться. Ее правая нога, тело, хвост и передние лапы были целы и невредимы.
Рэд посмотрела вниз, оглядела долину, чтобы проверить, нет ли опасности. Она ничего не увидела. Взглянула наверх, принюхалась. Запах кнутохвоста полностью улетучился. Старшая племянница принюхивалась и внимательно всматривалась в окружающую обстановку вместе с Рэд.
Рэд оценила положение стаи. Нахлынули тревоги, надежды и решения. Она взвесила необходимость отдыха для своей раненой ноги и необходимость кормить стаю: «Завтра утром — когда ноге будет получше — я пойду на охоту — я добуду мясо».
На следующий день ее нога все еще оставалась онемевшей и не сгибалась. Старшая племянница уже проснулась и ухаживала за матерью.
