Ш. – Мы рассматривали и этот вариант. Пришли к выводу, что и это сыграет для нас положительную роль. Конечно, жаль тех, кто попадет в «ожидаемые потери», зато флот получит уникальный опыт противодействия подобной реальной угрозе. Все равно, от кого она исходит – от СССР здесь или от мифических «пришельцев». У которых, даже если это не легенда, техника не сильно превосходит нашу, если превосходит вообще. У нацистского адмирала Тиле все же не было самонаводящихся противолодочных торпед, да и локаторы сильно уступали. А главное – у него не было шестисот кораблей в противолодочном патруле. Мы же теперь имеем это – эсминцы, эскортные миноносцы, фрегаты – считая лишь те, что в строю. И резерв может дать еще три сотни. Зато наше побережье надежно защищено – хотя всякий раз приходится выдерживать настоящий бой в Конгрессе, защищая необходимый уровень ассигнований.
П. – Вы это мне уже говорили. В прошлом году, когда была свара между флотом и ВВС. Ну а армия, как всегда, осталась в бедных родственниках. Ну так что все-таки решим с ответом Сталину?
Д. – Я предлагаю пока отделаться общими фразами: сочувствуем вашему горю, ведем расследование, виновные будут найдены и наказаны. Ну а когда – у русских мусульман есть отличный анекдот про ишака и эмира. В то же время настоятельно пожелать, чтобы ради предотвращения подобных инцидентов в будущем, русские гражданские самолеты категорически не летали над морем у берегов страны, с которой мы воюем. Ведь на таких рейсах Советы возят явно не туристов, а всяких там «куницыных», кто или сами тайком убивают во Вьетнаме наших американских парней, или учат вьетнамцев, как это делать. И значит, если они реже будут туда летать – это выгоднее для нас.
П. – Пока принято. Но если вы ошиблись, я этого не забуду!
