И в завершение последние депеши из Китая. На одном из аэродромов, куда сели вернувшиеся «тандерстрайки», когда пилоты съели обед, он оказался отравленным, восемнадцать трупов, еще двадцать четыре человека в госпитале, повар-китаец (а скорее всего, агент Вьетконга) успел сбежать. На другой авиабазе бар для летного состава, где расслаблялись вернувшиеся штурмовики, радуясь, что уцелели, забросали гранатами (еще восемь убитых, семнадцать раненых), оба террориста (из вольнонаемной прислуги, прежде ни в чем предосудительном не замечены) убиты в перестрелке с охраной.
Итого общий баланс:
– из 327 «скайрейдеров» утрачено 182;
– из 27 В-26 – потеряны 23 (19 сбито, 4 на списание);
– из 192 В-47 – потерян 81 (считая 12, списанных после посадки);
– из 48 В-36 – потеряно 17;
– из 330 В-50 и В-29 – потеряно 106;
– из 189 Ф-84 потерян 41;
– из 48 Ф-100 потеряно 10.
Причем эти потери усугубляются тем, что подавляющее большинство экипажей – или погибли, или в плену. И еще надо учесть 11 вертолетов Спасательной службы, потерянных вместе с экипажами и десантом.
А у русских? В общей сложности с их стороны приняло участие 180 МиГ-17 (и еще до 40 на последней фазе боя, от Хайфона). Наши истребители заявили о 153 сбитых (по данным фотопулеметов), что вызывает сомнение – вот приложено замечание от группы анализа снимков, обычно на фотоконтроле виден лишь силуэт, но иногда можно и номер различить, так минимум в двух случаях на снимке, с высокой вероятностью, «миги» с одинаковыми номерами – и не каждый обстрелянный (и даже получивший попадание) самолет бывает действительно сбит. По китайскому опыту, данные фотоконтроля смело можно делить на 2, а то и больше – ну, примем реальное число сбитых русских за 70, но в реляции оставим прежние полтораста, пресса это любит. И немаловажно то, что сбитые русские пилоты, кто успел катапультироваться – завтра снова окажутся в строю.
Теперь то, о чем должны знать лишь те, кому положено (но не широкая публика). Да, мы успешно разбомбили цель – однако же Ханой для русских все же значит даже меньше, чем какой-то их Псков или Харьков. Достигли этого ценой потери более трети бомбардировщиков – а если учесть, что 92 процента вернувшихся имеют повреждения разной степени тяжести, нуждаются в ремонте, то к немедленному повторному вылету готово мизерное число. И это если не брать в расчет моральный дух экипажей. В ту великую войну потери в 20 процентов вызывали у летного состава брожение, граничащее с мятежом. В этот раз – вот докладная от представителя Медицинского Корпуса, пока лишь по базе Наха, у более чем половины из вернувшихся, явные признаки «переутомления в бою», попросту нервное истощение с необходимостью отстранения от боевых вылетов для прохождения курса реабилитации. То есть, возникни нужда немедленного повторного удара по тому же Ханою, мы не смогли бы его осуществить – некому и нечем!
И это при том, что ширина зоны ПВО Ханоя была всего сто миль! И надо думать, что какую-то часть средств ПВО штурмовики все же сумели выбить. И взаимодействие бомбардировщиков с истребителями было хорошим. Что же будет при прорыве к Москве, через тысячи миль вражеской территории, без истребительного прикрытия, против абсолютно неподавленного русского ПВО? Тут и восемьдесят процентов потерь не кажутся преувеличением – а ведь было и больше, Китай пятидесятого, «бойня над Шэнси».
Теоретически, если бомбардировщики будут нести атомные бомбы (хотя бы по одной-две на эскадрилью), есть шанс, что и тут задача будет выполнена. Ну а если и у русских есть атомные головки в зенитных ракетах, как в том фантастическом романе – один взрыв, и эскадрильи нет! А рассредоточенный боевой порядок будет слишком уязвим для истребителей – что при полете без прикрытия верная смерть.
И генерал решительно написал свое заключение:
«Вероятность одного уничтожающего воздушного удара по СССР – следует считать недопустимо низкой. Зато гарантированы огромные потери наших самолетов – с полной невозможностью повторной атаки. Категорически настаиваю – что “молниеносная и победная” война с русскими, при текущем состоянии ВВС США, невозможна».
Этот мир – наш! И мы никому его не отдадим!
