– Девочка умерла! – Кисть стукнула по дубовой столешнице. – Ее тело завтра передадут родителям, это без вариантов. Есть все же элементарная этика, хотя не все…
Он с явным усилием оборвал себя на полуслове.
«Да он в паре шагов от того, чтобы влиться в тутошнюю “пятую колонну”», – определил для себя Редкий. И решил ковать железо, пока горячо, дальше.
– Насчет этики. Я тут еще кое-кого видел, пока к другу пробирался.
Лицо профессора затвердело и ничего не выражало.
– Я видел одну девушку, похоже, после трепанации черепа. Я не знал ее прежде, но она заговорила со мной, потому что она-то меня узнала. Ей важно было спросить о самом главном. О ее внуке, черт возьми!
По столешнице он долбанул сразу обоими кулаками. Профессор не вздрогнул, даже не поморщился. Сказал:
– Тело пожилой женщины принес бука. Вначале, полагаю, ее приняли за бомжиху. Хотя был ушиб головы, умерла она от сердечного приступа. Поэтому спасли то, что еще можно было спасти, – мозг.
Хотя Редкий и был вроде подготовлен, но все равно содрогнулся, обмяк на стуле.
– Неужели такое возможно?
Профессор усмехнулся неопределенно:
– Надеюсь, Эдуард, вы догадываетесь о необходимости молчания по поводу того, что вы здесь видели? Вы подписывали документ, когда только поступили сюда. Но суть не в этом. Институт настолько обогнал официальную науку, что, начни вы кричать о том, что видели, на всех углах, еще в психушке окажетесь. Обе семьи получат тела своих близких, и упаси вас бог увеличить их горе и смятение своими соображениями. Я уж не говорю о девочке Виктории и о том, каково ей будет жить с таким знанием, – а уж она-то вам поверит.
– Я не собирался говорить. А что будет с бабушкой? С девушкой? В смысле, она же помнит, кто она такая?
На лице его собеседника снова отразилась бесконечная усталость:
– Это, по счастью, не мое отделение и не моя ответственность. А пациентку для начала нужно поставить на ноги. Здесь, как и с нашим санитаром, имела место так называемая спонтанная пересадка без учета всех необходимых параметров, так что… У вас есть еще вопросы?
Последняя фраза прозвучала довольно раздраженно. Эдуард хотел спросить еще насчет Паши – почему он-то с пустяковым переломом оказался в красном отделении, – но решил, что это будет перебор.
– Мне куда сейчас?
– Вас проводят в палату, – устало уронил профессор.
– Что? – Мир закачался под ногами. Кажется, он все же не спасся.
– Под мою ответственность, раз уж я сегодня на дежурстве, а вы – мой пациент. Не стану вас выкидывать среди ночи. Постарайтесь нормально выспаться, а завтра я еще раз вразумлю этот ваш непокорный сосудик. И закончим на этом. Спокойной ночи!
– Спокойной…
Эдик на автомате вышел из кабинета, где его терпеливо дожидались охранники. Один как раз говорил в наушник: «Да, да», похоже, получал инструкции от профессора. Потом вынул из кармана гроздь браслетов, отыскал привычный серый, нацепил Редкому и жестом указал дорогу.
На узкой улочке, от которой выложенная плиткой дорожка вела во двор Маго, у тротуара был аккуратно припаркован чудовищных размеров черный джип «Тойота» с затемненными окнами. Володя моментально напрягся, заметив его. Спросил не оборачиваясь:
– Слушай, Маго, ты другим путем к своему дому сможешь пробраться? Ну, исключая стены и крыши.
– Дальше между гаражами есть проход, – мрачно отозвался мальчик.
Весь его вид словно кричал, как же ему хочется оказаться в любом другом месте, только не дома, но он отчаянно боролся со своей неожиданной слабостью.
– Тогда я сейчас еще раз квартал объеду и остановлюсь за поворотом, хорошо?
– Ага, – последовал вялый ответ. В следующий момент Маго вдруг заорал так, что Владимир едва справился с управлением: – Эй, тормози, тормози!
Мальчишка рванул дверцу, выскочил из машины прямо на ходу, помчался по улице.
– Да он совсем псих, что ли?! – взорвался Милич, сворачивая к тротуару.
Но Таня уже увидела, куда припустил Магомет, ахнула:
– Да там же Платон! Володя, это он, между домами стоит!
Владимир спешно притормозил, испугавшись, что сестра повторит прыжок Маго.
Угушев с разбегу совсем по-детски обхватил старшего друга свободной от перевязи рукой и боднул головой в живот. Тот вынужден был опереться спиной на стену дома, вскинуть руку с мобильным. Подбежавшая Таня схватила Маго за рукав куртки, проговорила задыхаясь:
– Ты что, у него же нога! А у тебя – рука! Платон, как здорово!
И примолкла, заметив, что парень на себя не похож, бледен и напряжен.
– Ой, прости, – попятился Маго. – Ты сбежал от Прайда, да?
Воронцов улыбнулся, мотнул головой:
– Нет, отпустили. Я как раз собирался вас вызванивать по очереди, а тут так удачно. Злата далеко?
Маго дернулся, Таня всхлипнула, а подошедший последним Володя проговорил сквозь стиснутые зубы:
– Злату и Соню похитили. Предположительно, люди Прайда, но тут не все стыкуется. Есть сомнения.
Платон кивнул, будто был готов и к подобному тоже. Похлопал Маго по плечу:
– Главное, ты тут, а Злату мы вернем чуточку позднее.
Магомет расцвел на глазах, а Володя онемел от негодования.
