- Правильно, - поддержал меня Влад. – Так что, Катя, я буду гонщиком, и фиг ты меня остановишь.
- Тогда пусть тебе твоя мать машину покупает, когда из Америки вернется, - махнула рукой Катерина. – Я в этом участвовать не буду.
- У меня был аналогичный случай, - вспомнил Степаныч. – С корешком моим, бывшим одноклассником. Он тогда себе первую «Волгу» купил, а время такое настало, что все ее покупали. И самой популярной, естественно, была машина белого цвета. И поэтому очень часто, когда идешь по улице, в глазах рябит от изобилия одинаковых белоснежных «Волжанок»… Короче, поехал он как-то в магазин, жену в машине оставил за рулем, чтобы если что ее переставила, если не проедет кто, а сам ушел. Скупился, возвращается к машине, смотрит – багажник открыт. Вот, думает, жена молодец, сама догадалась. Ну, сваливает продукты туда, со спокойной душой захлопывает багажник, по-барски заваливается на заднее сиденье, не глядя на водителя, говорит «Поехали», а сам присасывается к бутылке пива…. Только оторвался от бутылки, и чувствует: что-то не то, машина не едет, и в салоне гробовая тишина. Смотрит – а за рулем незнакомая баба сидит, и рядом с ней мужик, то ли грузин, то ли кавказец, здоровый и усатый. И оба на него смотрят. И грузин так иронически: «А вам, собственно, куда, товарищ?». А девушка головой об руль бьется, и в истерике кричит: «Блин, ну говорила же, что машину нужно другого цвета брать! Уже пятый пассажир за сегодня!».
- Степаныч, - после короткого раздумья сказал Влад, - А почему твой случай аналогичный?
Телефон предательски зазвонил в тот момент, когда я подставил намыленные руки под поток воды из-под крана, стараясь очистить их от черноты машинного масла. Я машинально дернулся за полотенцем, но зацепил мобильник локтем, отчего он улетел куда-то под раковину, продолжая орать во всю громкость, как бешеный. Ах ты ёк-макарёк! Сказал бы другое, но нельзя, цензура.
В конце концов, обернув руки полотенцем, я вытащил мобильник из-под раковины, и нажал на кнопку приема звонка:
- Да?
- Привет, - раздался в трубке мужской голос. – Узнал?
- А как же, - включив динамик, я осторожно зафиксировал трубку в надежном горизонтальном положении, и снова подставил руки под кран. – Дед Мороз, это ты, что ли? А я вот всегда знал, что ты существуешь.
Пауза.
- Слышь, шутник, - в трубке минутку юмора почему-то не оценили. – С друзьями своими так будешь разговаривать, а со мной не надо. Это Стас, ну, гонщик на «десятке».
- А-а-а! Ну, привет, мразь!
- С чего бы это?
- А как тебя еще назвать? Это же надо было додуматься – коллегу по гоночному ремеслу в полицейскую засаду привезти! Дуй сюда, я тебе монтировкой все кости переломаю, а потом засуну тебя в багажник твоей «десятки», и вас обоих закопаю.
- Ну-ну, не горячись, - миролюбиво сказал собеседник. – У меня такое же положение, как у тебя. И вообще, меня не спрашивали, хочу я этого делать, или нет. Если обиделся, то давай еще раз прокатимся, но только в этот раз все по-честному.
- Да пошел ты, - кое-как оттерев руки, я ополоснул лицо. – Я теперь с тобой в одну машину не сяду, предатель ты злоебучий!
- А придется, - хмыкнул Станислав. – Встречаемся через два часа в кафе «Нива», думаю, ты знаешь, где это. По навигатору найдешь, если что. Только «Супру» свою не бери, и вообще, машину не бери, пешком приходи, на своих двоих. Жду.
- Ага, можешь ждать там хоть до следующего года, - я уже потянулся к трубке, чтобы отключиться, но Стас словно читал мои мысли.
- Стой! Прежде, чем ты меня пошлешь, и правильно сделаешь, лучше подумай. Это не я тебя вызываю, а генерал Сорокин, с которым ты уже имел удовольствие познакомиться. Если ты сбросишь, то я позвоню ему, и все передам. А он очень не любит, когда его посылают всякие гонщики вроде тебя. Подумай хорошенько, Красный Дьявол.
Моя рука, зависшая в воздухе, сжалась в кулак. Вашу ж мать! Нет, вы не подумайте, что я уже забыл про разговор с генералом, просто надеялся, что это все был страшный сон, или неудачная шутка. В самом деле, кто я такой, чтобы выполнять работу для руководства внутренних органов? Но оказалось, что в жизни есть свои загогулины, иногда покруче, чем в кино.
- Ладно, я приеду.
- Я и не сомневался, - откликнулся Стас, и связь оборвалась.
Наскоро почистившись, и переодевшись, я заглянул в кабинет к Катерине. Она устроилась за компьютером в наушниках, и, глядя на монитор, шевелила губами. Осторожно подойдя к ней сзади, я обнаружил причину такого странного поведения – там был самоучитель английского языка, и сейчас на экране выскакивали слова самых разных значений, которые она старательно повторяла про себя. Пытаясь привлечь ее внимание, я осторожно постучал по столу – Катя, краем глаза уловив движение сбоку от себя, подскочила на месте.
- Дурак, да? – она сорвала наушники, и обмякла в кресле, схватившись за грудь. – Нельзя же так пугать!
