— ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?
Где же ключи, где они?
— ЧТО ТЫ ТАМ ДЕЛАЕШЬ? ПРЕКРАТИ. Я НИКОГДА НЕ ВИДЕЛ БОЛЕЕ МЕРЗКОГО И ГРЯЗНОГО РЕБЕНКА, ЧЕМ ТЫ. ПРЕКРАТИ!
Движения рук замедлились.
— ПОСМОТРИ… ПОСМОТРИ НА МЕНЯ!
Он схватился за стенки комода — лишь бы не повернуться к стене. Но голова поворачивалась независимо от его воли — он делал неимоверные усилия, чтобы отвести глаза.
— ЧТО ТЫ ТАМ ИЩЕШЬ?
— …ичего…
Звонит телефон, звонит телефон, телефон. Долархайд схватил трубку, повернувшись спиной к картине.
— Привет, Д. Как ты себя чувствуешь? — Голос Рибы Макклейн.
Он прочистил горло, ответил почти шепотом.
— Нормально.
— Я все время пыталась тебе дозвониться. На работе сказали, что ты заболел. Ты, похоже, совсем охрип.
— Поговори со мной.
— Конечно, я буду говорить с тобой. Зачем же, по-твоему, я звоню? Что у тебя?
— Грипп.
— Был у врача?.. Алло? Я спрашиваю, ты был у врача?
— Говори громче. — Долархайд продолжал рыться в комоде.
— Ты плохо слышишь? Д., тебе нельзя оставаться одному в таком состоянии.
— СКАЖИ ЕЙ, ЧТОБЫ ПРИШЛА ВЕЧЕРОМ УХАЖИВАТЬ ЗА ТОБОЙ.
Долархайд едва успел закрыть рукой трубку.
— О, Господи, кто там у тебя? Ты не один?
— Это радио. Я случайно задел ручку.
— Может быть, послать к тебе кого-нибудь? Судя по голосу, ты совсем расклеился. Или давай лучше я сама приеду. Попрошу Марсию подбросить меня во время перерыва.
— Не стоит. — Ключи нашлись под свернутым ремнем. Наконец-то! Не выпуская из рук телефонного аппарата, Долархайд попятился в коридор. — Я в порядке. Скоро увидимся. — «с» прозвучали не так уж плохо. Он бегом спустился по лестнице. Телефонный провод выдернулся из розетки, а сам аппарат закувыркался позади него по ступеням.
Яростный вопль сверху:
— ВЕРНИСЬ, ВЫБЛЯДОК!
Быстрее вниз, в подвал. В сундуке, рядом с упаковкой динамита стоит маленький чемодан, в котором лежат деньги, кредитные карточки, водительские права на разные фамилии, пистолет, нож и дубинка.
Он схватил чемоданчик и бегом взлетел на первый этаж, готовый к схватке, если Дракон уже там. Машина резко рванула с места, пробуксовывая колесами в песке.
Очутившись на автостраде, он замедлил ход и свернул на обочину. Его вырвало. Вместе с рвотой улетучилась и часть страха.
Не превышая скорости, включая сигнальные огни задолго до поворотов, Долархайд осторожно вел машину по направлению к аэропорту.
Расплатившись с таксистом возле многоквартирного дома в двух кварталах от Бруклинского музея, Долархайд пошел дальше пешком. Мимо него пробегали любители бега трусцой.
Остановившись у станции метро, он внимательно рассматривал здание, выстроенное в классическом греческом стиле. Прежде он никогда не посещал Бруклинский музей, хотя читал путеводитель — Долархайд заказал его, когда впервые увидел написанные мелом слова «Бруклинский музей» под репродукцией «Большого Красного Дракона и женщины, одетой в солнечный свет».
Над входом — высеченные в камне имена великих мудрецов от Конфуция до Демосфена. Музей представлял собой импозантное здание, расположенное рядом с ботаническим садом. Подходящее место для Дракона.
Поезда метро громыхали под землей, отдаваясь дрожью в ногах. Порыв ветра пахнул собачьей мочой. Эта вонь перебила привычный запах краски для усов.
До закрытия музея оставался всего час. Долархайд пересек улицу и вошел внутрь. Гардеробщица приняла на хранение его чемоданчик.
— Вы завтра работаете? — осведомился Долархайд.
— Завтра музей закрыт. — Худая и морщинистая гардеробщица в голубом халате равнодушно отвернулась.
— А я завтра смогу забрать свои вещи?
— Нет. Завтра и музей, и гардероб будут закрыты.
Так, хорошо.
— Благодарю вас.
— Не за что.
Долархайд бродил по залам первого этажа; за большими стекляниьши витринами располагались эксиоеаты из Америки и Океании — гончарные изделия с Анд, примитивное оружие, остатки древней материальной культуры, яркие краски индейцев Северо-западного побережья.
До закрытия всего сорок минут. Времени на осмотр первого этажа больше нет. Но Долархайд уже выяснил все, что было нужно — планировку комнат и расположение лифтов для посетителей.
Он отправился на пятый этаж. Да, теперь Дракон ближе, но его можно не опасаться — Дракон не выбежит из-за угла и не бросится на него.
Он знал, что Дракона нет в постоянной экспозиции. После возвращения из лондонской галереи Тэйт картину снова заперли в темном запаснике. Долархайд заранее выяснил по телефону, что «Большого Дракона и женщину, одетую в солнечный свет» редко показывают публике. Ей почти двести лет, а написана она акварелью, поэтому выгорает на свету.
Долархайд остановился перед картиной Альберта Вирштадта «Ураган в Скалистых горах. Гора Розали, 1866». Отсюда он мог видеть запертые двери хранилища. Там был Дракон. Не копия, не фотография — настоящий Дракон. Это сюда он придет завтра на свидание с Ним.
Долархайд прошелся по периметру пятого этажа мимо портретов, не видя их. Его интересовали только выходы. Он нашел запасной выход и пожарную лестницу, запомнил расположение лифтов.
