Крофорд был уверен, что это не Лектер. Может, мистер Пилигрим и есть сам Зубастый пария?
Ночью столы с телефонами были перенесены из офиса Крофорда в комнату попросторнее с другой стороны холла.
Грэхем стоял в дверях звуконепроницаемой кабины. В эту кабину поставили телефон Крофорда. Сара почистила его специальным составом. Ей нужно было чем-то себя занять, поскольку ее стол завалили всевозможной аппаратурой, а в ее кресле по-хозяйски расположилась Биверли Катц.
Большие часы на стене показывали без десяти двенадцать.
Доктор Алан Блум и Крофорд стояли рядом с Грэхемом. Оба держали руки в карманах.
Оператор, сидевший сбоку от Биверли Катц, барабанил пальцами по столу. Заметив, что Крофорду это не нравится, убрал руку со стола.
На столе Крофорда появилось еще два телефона: прямой провод с телефонной станцией «Белл Системе» и «горячая линия», с центром связи ФБР.
— Сколько нужно времени, чтобы его засечь? — спросил доктор Блум.
— Новая аппаратура позволяет сделать это гораздо быстрее, чем обычно считают, — сказал Крофорд. — Если сигнал идет через станции с электронным оборудованием, то за минуту. Если же телефонный узел оснащен старым оборудованием, понадобится немного больше времени.
Крофорд крикнул людям, сидевшим в комнате:
— Когда он позвонит, у нас будет на счету каждая секунда, так что давайте без осечек. Уилл, кажется, ты хочешь мне что-то сказать?
— Да. Мне нужно задать один вопрос доктору.
Блум явился позже всех остальных. Он готовился к выступлению на ученом совете по проблемам психологии поведения в Куантико. Он учуял запах кордита от одежды Грэхема.
— О'кей, — начал Грэхем. — Итак, звонит телефон, тут же включается оборудование, но сигнал будет идти беспрепятственно, и Пилигрим не поймет, что мы уже подключились. Это даст нам возможность выиграть примерно двадцать секунд.
Грэхем повернулся к оператору.
— Звукогенератор должен отключиться после четырех сигналов, ясно?
Оператор кивнул.
— Потом Биверли возьмет трубку. Он ее голоса не знает, а она, естественно, не подаст виду, что узнала его. У Биверли будет скучающий тон. Пилигрим попросит к телефону меня. Биверли скажет: «Сейчас я его позову. Подождите, пожалуйста.» Ты готова. Бив?
Грэхем подумал, что лучше не репетировать заранее, и тогда все будет выглядеть естественней.
— Таким образом, мы включимся, а он этого знать не будет. У меня такое впечатление, что он больше прождет тебя у телефона, чем будет говорить, — сказал Крофорд.
— Но ведь он не станет ждать вечно! — воскликнул оператор.
— Нет, конечно.
— Мы проманежим его секунд двадцать, — продолжал Грэхем, — а затем Биверли снова возьмет трубку и скажет: «Соединяю вас с мистером Грэхемом.» И я начну разговор. Как бы вы повели себя с ним, доктор? — спросил он у Блума.
— Он наверняка считает, что вы настроены скептически и не верите, что это действительно Пилигрим. Поэтому я бы, на вашем месте, говорил с ним вежливо, но недоверчивым тоном. По-моему, следует дать ему понять, что вам надоели звонки всяких обманщиков, но что поговорить с настоящим Пилигримом очень даже интересно. Скажите, что обманщиков очень просто отличить, поскольку им не известны детали происшествия. Попросите его представить какие-нибудь доказательства; что он вас не разыгрывает.
Доктор Блум опустил глаза и почесал затылок.
— Не знаю, с какой целью он звонит, — продолжал Блум. — Может, ему просто нужно выговориться… А может, считает вас своим противником и хочет раззадорить. Увидим. Попробуйте угадать его настроение и подыграть ему, но только не перестарайтесь. Я бы не стал просить его о помощи, если он сам не заведет об этом разговор.
Если он параноик, вы это быстро почувствуете. Тогда я бы сыграл на его подозрительности и обидчивости. Он может увлечься и забыть о времени. Вот, пожалуй, и все, что я могу вам сказать.
Блум положил руку на плечо Грэхема и добавил:
— Задача не из легких. Вам нужно, что называется, взять быка за рога. А поэтому не слушайте ничьих советов, а только свою интуицию.
Они ждали. Прошло целых полчаса.
— Даже если он не позвонит, нам все равно нужно решать, как вести себя дальше, — сказал Крофорд. — Может, попробуем связаться с ним через газету?
— По-моему, это самый лучший способ, — кивнул Грэхем.
— Таким образом, у нас будет две западни: почтовый ящик, и твой дом в Маратоне.
Зазвонил телефон.
Тут же включились приборы, пытаясь определить местонахождение звонившего. Четыре звонка — и оператор щелкнул выключателем.
Биверли сняла трубку. Сара подняла голову.
— Кабинет специального агента Крофорда.
Сара покачала головой. Она знала человека, который звонил. Это был один из приятелей Крофорда из соседнего отдела. Биверли в считанные секунды отвязался от него, тем более, что все в здании знали, что телефон сейчас занимать нельзя.
Крофорд опять пустился взвешивать все «за» и «против» почтового ящика. Нервы у всех были на пределе. Появился Ллойд Бауман и показал им, что цифровые пары из записки Лектора взяты с сотой страницы «Кулинарного искусства» в мягкой обложке. Сара предложила кофе в бумажных стаканчиках.
Снова зазвонил телефон.
