Включился звукогенератор. Четыре звонка. Оператор щелкнул выключателем.
Биверли сняла трубку.
— Кабинет специального агента Крофорда.
Сара энергично закивала головой. Грэхем вошел в кабину и закрыл дверь. Он не спускал глаз с беззвучно шевелившихся губ Биверли. Она нажала кнопку «Ждите» и поглядела на часы на стене.
Грэхем видел свое отражение в блестящем корпусе телефонного аппарата. Два обрюзгших лица: в верху трубки и в низу. От рубашки, в которой он ходил на стрельбище, пахло кордитом. Только бы этот тип не повесил трубку!.. Господи, только бы он не повесил трубку!.. Прошло сорок секунд. Телефон, стоявший на его столике, даже подпрыгнул, когда раздался звонок. Еще один. Еще. Сорок пять секунд… Пора.
— Уилл Грэхем у телефона. Могу быть вам чем-то полезен?
Смешок. Приглушенный голос:
— Надеюсь, что да.
— Простите, а кто это?
— Разве вам не сказала секретарша?
— Нет, она просто вызвала меня с заседания.
— Если вам неохота разговаривать с мистером Пилигримом, я повешу трубку. Ну, как? Охота или нет?
— Мистер Пилигрим, если у вас какие-то сложности и вы полагаете, что я могу быть вам полезен, я с удовольствием побеседую с вами.
— Мне кажется, сложности у вас, мистер Грэхем.
— Извините, но я вас не понимаю.
Секундная стрелка описала на циферблате полный круг.
У вас полно дел, не так ли? — спросил незнакомец.
— Да, и мне некогда переливать из пустого в порожнее.
Давайте по делу.
— Оно у нас одно и то же — Атланта и Бирмингем.
— Вам что-нибудь известно?
Приглушенный смешок.
— Известно ли мне что-нибудь? А вас интересует сам мистер Пилигрим? Да или нет? Если вы солжете, я брошу трубку.
Грэхем видел сквозь стекло кабины Крофорда. Тот держал в каждой руке по телефонной трубке.
— Интересует, но, понимаете, мне многие звонят и утверждают, что им якобы что-то известно.
Уже прошла целая минута.
Крофорд положил одну трубку на рычаг и быстро написал что-то на листочке бумаги.
— Вы бы удивились, узнав, сколько меня разыгрывают, — сказал Грэхем. — Но поговоришь с ними и становится ясно, что они к этому делу не имеют никакого отношения. А вы имеете к нему отношение?
Сара поднесла к стеклу листок бумаги и показала его Грэхему. «Телефон-автомат в Чикаго», было написано на нем.
— Знаете что? Вы мне скажете что-нибудь о мистере Пилигриме, а я отвечу: так оно или не так, — предложил тихий голос.
— Давайте сразу уточним, о ком идет речь.
— О мистере Пилигриме.
— А откуда мне знать, имеет ли мистер Пилигрим отношение к интересующему меня делу? Так что, имеет?
— Ну… допустим.
— Мистер Пилигрим — это вы?
— Этого я вам не скажу.
— Вы его друг?
— М-м… Что-то в этом роде.
— Докажите! Расскажите мне о нем что-нибудь.
— Сперва вы… расскажите. — Нервный смешок. — Но если хоть раз ошибетесь, повешу трубку.
— Ладно. Мистер Пилигрим — пишет правой рукой.
— Об этом нетрудно догадаться. Большинство людей пишет правой рукой.
— Окружающие не понимают мистера Пилигрима.
— Пожалуйста, без общих слов!
— Мистер Пилигрим обладает большой физической силой.
— Да, пожалуй.
Грэхем взглянул на часы. Еще полторы минуты.
Крофорд ободряюще кивнул.
Только бы его не спугнуть.
— Мистер Пилигрим не негр, а белый, примерно пять футов одиннадцать дюймов роста. Между прочим, вы мне пока ничего о нем не сообщили. Может, вы с ним вообще не знакомы?
— Хотите закончить наш разговор?
— Нет, но вы сказали, что мы обменяемся информацией. Я принял ваши условия.
— Как по-вашему, мистер Пилигрим — сумасшедший?
Блум покачал головой.
— Не думаю, чтобы такой осторожный человек был сумасшедшим. По-моему, он просто какой-то не такой, как все, — особенный. Я полагаю, многие считают его сумасшедшим только потому, что не понимают.
— Опишите как можно точнее, что он сделал с миссис Лидс, и я, пожалуй, скажу вам, правы бы или нет.
— Мне не хочется этого делать.
— Тогда до свидания.
У Грэхема екнуло сердце, но он все еще слышал дыхание собеседника на другом конце провода.
— Я не смогу вам ничего сообщить, пока не узнаю…
Дверь чикагского телефона-автомата распахнулась, трубка, звякнув, упала на пол. Все сидевшие в комнате отчетливо услышали голоса и звуки ударов.
— А ну смирно!.. Не шевелись! Так, теперь заведи руки за голову и медленно поворачивайся. Медленно! А теперь раскинь руки в стороны и прислони их ладонями к стеклу.
Грэхем почувствовал неимоверное облегчение.
— Я не вооружен, Стен. Мое удостоверение в нагрудном кармане. Ой, щекотно!
В трубке раздался громкий смущенный голос:
— Кто у телефона?
— Уилл Грэхем из ФБР.
— Говорит сержант Стенли Риддл. Полиция города Чикаго. — В голосе сержанта чувствовалось раздражение. — Может, потрудитесь объяснить, что здесь происходит?
— Лучше вы объясните. Вы кого-то задержали?
— Да, черт побери. Фредди Лаундса, репортера. Я его знаю уже десять лет… Вот твоя записная книжка, Фредди… Вы что, в чем-то его обвиняете?
Грэхем побледнел, как полотно. Крофорд, наоборот, покраснел. Доктор Блум, не отрываясь, смотрел на магнитофонную ленту, которая равномерно наматывалась на бобину.
— Вы меня слышите?
