— Джин, успокойся, если ты причинишь ему вред, мы никогда не сможем быть вместе — пыталась достучаться до него Джиа, понимая, что маневров для побега не так уж много.
Быстро оглянувшись и, увидев балкон, она завела руку за спину, и стала толкать Филиппа в живот, чтобы он убегал, пока Джин, поняв ее манипуляции, подступал к ним как тигр.
— Ты покойник понял, только дернись? — глаза Джина припечатывали на месте и Джиа, выставила руки перед собой.
— Джин, прошу тебя, успокойся.
— Успокоюсь, когда придушу его.
— Беги Филипп! — крикнула Джиа и, толкнув его, бросилась навстречу Джину, который услышав ее крик, принял его, как призыв к действию — Джин нет!
Оттолкнув ее, он бросился вслед за Филиппом, и когда тот уже хотел спрыгнуть со второго этажа в бассейн, ухватил за ногу, затащив назад, одним движением руки.
— Отвали псих! — пытался вырваться Филипп, но получив удар по лицу, тут же затих, прикрываясь ладонями.
— Я же сказал, чтобы тебя рядом с ней больше не было, придурок! — шипел он ему в ухо.
— Джин отпусти его, живо! — подбежав к ним, крикнула Джиа, сталкивая его с Филиппа.
Столкнуть, семидесятикилограммового бешеного быка было нереально, но поняв, что тот не пытается драться, Джин тут же слез.
— Филипп, ты в порядке? — дотронувшись до него, спрашивала Джиа, боясь, что Джин мог убить его одним ударом.
— Эй, трусонавт, поднимайся, не позорь семью! — услышала Джиа голос Андреа, сквозь шум в ушах и, повернувшись к ним, увидела, что она стоит рядом и брезгливо смотрит на него.
Рядом с Джином стоял Чжоу и тоже смотрел на него с брезгливостью и ненавистью.
— Звони в скорую, ему нужна помощь! — бросила Джиа, смотря на Андреа.
— Кому? Джи-Джи, детка, ты что, еще не поняла какой он манипулятор? Я сейчас сама придушу его, — на последних словах, она наклонилась к нему и протянула руки к шее, услышав это, Филипп тут же поднялся и с разбитым носом бросился в бассейн, крича как ненормальный, что нас всех посадят — Вот же дерьмо в штанах — воскликнула Андреа, вынося ему вердикт.
— Посмотри, что ты наделал? — разведя руки в стороны, возмущенно бросила Джиа, понимая, что у нее теперь будут проблемы.
— Я что-то не поняла, ты что, все еще любишь его? — вступилась за Джина Андреа, и Джиа махнула на них рукой.
Не зная, как им объяснить, что теперь отец выместит всю злость на ней, если только узнает об этом, она устало потерла лицо рукой и, вперив в Джина обреченный взгляд, пошла на выход.
— Вечер перестал быть томным. Я домой.
— Джиа стой…
— Даже не вздумай меня провожать дракончик.
— Джи-Джи, а я? — спросила вдогонку Андреа, но ответа от нее не услышала — Ну, приплыли, сушите весла — прошептала она и поймала на себе удивленные взгляды парней.
— Что происходит Андреа?
Она замялась, и закусила губу, пряча глаза, и понимая, что ответить придется, потому что Джин подошел к ней почти вплотную.
— Я точно не знаю, но мне кажется, что ее отец бьет. Она боится его.
— И? Причем здесь это? — стараясь не показывать своего волнения, спросил Джин.
— Ее отец и отец Филиппа, партнеры, если он узнает, что причиной ссоры стала Джиа, у нее возникнут проблемы.
Услышав это, Джин развернулся и пошел вслед за Джиа, надеясь, что успеет.
16
Всю дорогу, пока ехала в такси домой, Джиа молилась, чтобы отец не узнал все так быстро, но видимо сегодня был просто не ее день. Стоило ей войти в дом, как хлесткая пощечина обрушилась на лицо, заставив покачнуться, но все же устоять на ногах.
— Ах ты дрянь! Мало ты меня позорила, так еще и подговорила сына Мун Ли избавить тебя от жениха? — ревел отец, пока она пыталась прикрыть голову руками.
Ремень обжег ее руки и, вскрикнув, она заплакала, испытав сильную боль, потому что после одного удара последовало еще несколько, обжигая и рассекая ее кожу, как лезвие.
— Папа, я не виновата, не виновата! — кричала она, в попытке достучаться до него.
— Виновата только ты, дразнила его, дала надежду, а потом просто бросила на съедение льву, вот как ты отнеслась к моей просьбе! — рычал он над ее ухом, и она сжалась, понимая, что Филипп придумал и выдал «свою» историю того, как все случилось.
— Нет, папа все не так, не так. Я ничего не делала — плакала она, поднимая голову, за что тут же получила удар кулаком.
Отключившись от этого, очнулась она, когда отец запер ее в саркофаге.
— Подумаешь над своим поведением, и если твое решение окажется правильным, я выпущу тебя — бросил он, прежде чем уйти, и она отключилась, не в силах пережить это вновь.
Ей снилось, что рядом мама, гладит ее по руке и шепчет ласковые слова, а еще нежно целует в щеку и от такой нежности, она не смогла сдержать слез. Но тут же в их идиллию вмешался отец, он шел на них с ремнем, и Джиа замотала головой.
— Нет, не надо папа, не надо!
Занеся ремень над головой мамы, он резко опустил его, и она упала в лужу крови, распавшись на части.
— Н-е-е-т-т!
Ее крик и то, как она вскочила, заставили Джулию и Хелен обнять ее за плечи и вновь уложить на кровать.
