Оставив ее отдохнуть, он принимает душ и покидает спальню, уходя от своего «искушения» подальше, решая поработать. Включив ноутбук, он устало потер веки и откинулся на спинку кожаного кресла, признавая, что ему тоже не мешало бы поспать, но прекрасно зная, что стоит ему лечь с ней рядом, он не сдержится. Плеснув виски, он сделал глоток и только потом вспомнил, что пил шампанское, отставляя стакан.
Работа не шла, потому что в мыслях была Джиа и ее потрясающее тело, которое теперь принадлежало только ему, как и она сама. Его мысли скакали вразброс, начиная от того, что он с ней сделает в постели и, заканчивая тем, что сойдет с ума, если кто-то станет смотреть на нее.
Решив пока не заходить так далеко он остановился на том, что ее необходимо завлечь. Просто позволить самой руководить процессом, в который она, несомненно, втянется, потому что видел ее заинтересованность и то, как она разглядывала его тело.
Предвкушая тот момент, когда она поймет, что может также доставлять удовольствие ему, как и он, ей, Джиа захочется попробовать что-то сделать самой и тогда, он предоставит ей полный карт-бланш. Его улыбка была пьянящей, как и чувство эйфории, проносящееся по телу, раздавая импульсы.
Решив, что отдохнуть все же стоит, он возвращается к ней и, раздевшись, падает рядом, притянув ее к себе и закрывая глаза.
Утро встречает их ярким солнцем и, перевернувшись на бок, Джиа ловит тихое сопение Джина.
Муж.
Так непривычно — думает про себя Джиа, проговаривая про себя это слово.
И осторожно прикоснувшись к нему, продолжает рассматривать его. Сейчас при свете дня, на его теле видно много ран и рубцов и Джиа хмурится, понимая, что его жизнь давно стала опасной и пугающей.
Сев на постели, она потянулась и прислушалась к своему телу, чувствуя, как низ живота слега тянет, после вчерашних нагрузок. Пройдя в ванну, она быстро ополоснулась и, натянув купальник, решила искупаться, а уж потом, когда проснется Джин, позавтракать.
Она лежала на спине, подгоняемая легкими волнами и смотрела вверх, щурясь от яркого солнца, когда услышала позади себя всплеск. Повернувшись, она никого не увидела, и уже хотела лечь обратно, но почувствовала, как ее обвивают чьи-то руки и вскрикнула.
— Испугалась? — улыбнулся Джин.
— Зачем так делать? — наигранно возмутилась Джиа, обвивая его шею руками, и он прижался к ее губам, лаская языком и покусывая.
Она обвила его талию ногами, и он тут же просунул руку, развязывая тесемки купальника.
— Зачем надевать его, если мы тут одни? — прорычал он, когда узел на спине не хотел быстро сдаваться.
— В нашем распоряжении целый остров? — удивилась Джиа и он кивнул.
— Почти, но ребята следят за тем, чтобы сюда не заходили посторонние.
— Джин ты ненормальный, ты в курсе?
— Да, потому что безумно хочу тебя и боюсь, что кто-то увидит то, что принадлежит только мне! — прошипел он, наконец-то развязывая верх и отбрасывая его в сторону.
Удерживая ее на плаву, он касается упругой груди, и она откидывает голову, чувствуя, как ее простреливает желанием, как и вчера.
— Джин…
— Да, принцесса, сейчас, — говорит он, и она чувствует, как он входит в нее, но сейчас боль не сильная, скорее просто дискомфортно, а может это вода притупляет все — Все хорошо? — шепчет он ей в губы и она кивает, обхватывая его за шею и прижимаясь к нему всем телом.
— Малышка, ты такая красивая — шепчет он ей в перерывах между ее стонами и своими толчками.
Он чувствует, как она сильнее обхватила его ногами и руками и, мысленно благодарит, потому что может обхватить ее за талию, и насаживать так, как ему хочется.
Дико. Необузданно.
Вырывая из горла рваные хрипы, сжимая до одури ее тонкую талию и шикарные бедра. Врезаться в нее вновь и вновь, пока, не взмолится о пощаде и даже после…
Чувствуя, как он приходит к финишу первым, Джиа вторит за ним следом, взрываясь и едва не падая в воду, он хватает ее в последний момент, когда сам едва стоит на ногах. Выносит ее на руках и падает вместе с ней на песок, разомлев от такой ласки и наслаждения.
— А говорила только через пару лет, — усмехнулся он, и она кинула в него песком, не в силах говорить — За это, будешь наказана — шутливо проговорил он и тут же засыпал ее ноги и живот песком.
— Джин?!
— Да? — усмехнулся он, и она вновь откинулась на песок, потому что шевелиться совсем не хотелось.
— Будешь сам меня отмывать, понял?
— Каждую впадинку, каждую дырочку проверю и промою — прошептал он ей на ухо, лаская большим пальцем ее сосок.
— Ты что никогда не устаешь? — удивилась Джиа, смотря на его стояк — Уже?
— Слишком долгое воздержание, — улыбнулся он ей — Поэтому и медовый месяц у нас будет всю жизнь, я сомневаюсь, что выпущу тебя из постели даже после месяца, мне тебя мало, катастрофически!
— Джин ты же шутишь?
— Я никогда не шучу принцесса! — его голос серьезен, но в глазах таятся искорки смеха, и она обхватывает его шею, пытаясь свалить.
Он поддается ей, и она оказывается сверху, тут же замирая, чувствуя его возбуждение.
