Куратор внимательно посмотрел ему в глаза, и от этого взгляда умных глаз у парня мурашки по спине побежали.
- Не получится у тебя мирно пожить, Андрюша, не выйдет. Может так статься, что из твоего призыва единицы домой вернуться!
- Иван Максимович...
- Что Иван Максимович? Готовься как и я, умереть за нашу страну, наших людей, семьи... Тебе же не хочется чтобы твои родители и братья с сестрами погибли под бомбежкой или жили под ярмом захватчика?
- Конечно нет, и я не допущу того, чтобы им кто-то угрожал!
- Тогда надо так настроится- жить словно умер. Как говорят, хороший воин не боится умереть в любую минуту, ибо он уже умер.
Андрей задумался.
- Нет, я не буду умирать, я выживу, чтобы разбить врага, чтобы защитить семью родителей и потом создать свою! Пусть лучше умрут те, кто придет на нашу Родину!
- Хорошие слова, подписывай!
Куратор достал из ящика стола лист и начал ему диктовать текст заявления о добровольном согласии вступить в ряды военных-экспериментаторов научной группы ╧10-411.
- А чем я буду там заниматься, я же не ученый?
- Ты будешь экспериментатором, после того, как пройдешь последнюю проверку. Собирай свои вещи, мы едим, сюда ты уже не вернешься...
И они поехали, долго петляли, проехали на какую-то охраняемую территорию. У Иван Максимовича три раза проверили документы, пока они не прошли по длинным серым коридорам в какой-то подвал. Их встретил пожилой, хмурый старик. Посмотрел и кивнул Ивану Максимовичу на Андрея. Куратор дал парню заряженный пистолет и показал пальцем на дверь.
- После получишь две недели отпуска домой, все хорошо обдумать. А сейчас зайдешь в эту дверь и застрелишь врага народа, это последняя проверка.
У юноши глаза на лоб полезли, и он с трудом удержал пистолет в руках, после таких слов он показался ему холодной мерзкой жабой.
- Как убить?
Ему со смешком ответил старик.
- Пистолетом. Только стреляй, а не бей по голове рукояткой, у нас тут был один такой... я чуть со смеха не помер.
Куратор был серьезен и стал давать последние указания.
- Успокойся, в этом нет ничего страшного. Для военного нормально убивать, нас для этого и держат, а не для парадов. Постой, отдышись и иди. Два выстрела: один- в голову, второй- в сердце.
Взгляд у него был решительный и вопросительно-осуждающий. Андрей хотел задать вопрос, что это за человек, и за что его приговорили к расстрелу. Потом подумал, что пули будут холостые...всякая чушь лезла в голову, хотелось чтобы все быстрее кончилось. Он вошел, уже почти не с трясущимися руками. Человек стоял в центре комнаты и смотрел на него зло и молча. Его руки были закованы и подвешены к потолку через балку. Наган так гухнул, что казалось заложило уши на всю оставшуюся жизнь. Первая пуля попала в открытый рот, выбив два верхних зуба, Андрей растерялся и выпустил вторую уже прямо по средине лба. Надо еще в серце. Он выстрелил в леву сторону груди, а потом сообразил, что сердце с другой стороны. Мужик же стоял к нему лицом! Грохнул четвертый выстрел, враг народа уже висел, стоя почти на коленях, кровь заливала пол. Его чуть не вырвало от этого зрелища.
Когда он вышел и отдал пистолет куратору, тот снова с ним заговорил.
- Все, молодец, первый раз всегда тяжело. Учись отключаться, представь, что ты закрыл за собой эту дверь, и больше ее не открывай и забудь. Прикажи себе забыть, этого ничего не было!
Парень посмотрел на дверь, куда прошмыгнул хмурый старик, и где раскачивалось тело человека, которого он только что убил.
- Нет, Ничего нет и не было!
Куратор отвез его снова к себе домой, Андрея опять накормили. Нина так же тарахтела за столом, а он поглядывал на Ивана Максимовича и думал, как же он научился шутить и возвращаться к жене и дочери после ЭТОГО, как ни в чем ни бывало? Мужчина понял его мысли и медленно одобрительно кивнул, после этого и Андрей успокоился. События дня как отрезались ломтем от него.
Вечером он получил бумаги и отправился на вокзал. Андрей ехал домой в двухнедельный отпуск без учета времени на дорогу. Его захватили мысли о родных и Вере, которая обещала его ждать из армии. Под мерный стук колес неторопливого поезда ему удалось быстро и крепко заснуть.
========== Некротические изменения ==========
Семья была безумно рада его отпуску, на который он и не надеялся. Андрей заметил как постарела плачущая мама, и что отец уже ниже его ростом. А как визжали младшие, гордясь братом и радуясь скромным подаркам! На них ушли все его скромные накопления за два года. Лишь часть денежного довольствия выдавалась деньгами, остальное уходило на добровольно-принудительную подписку государственного займа.
