Дедушка понимал, что солдаты из отряда Лэна и Цзяогаоской части положили глаз на эти винтовки. Вчера вечером они с отцом под земляным валом соорудили шалаш, дедушка и все остальные спали, а Слепой сидел у входа и сторожил, прислушиваясь к каждому шороху. Посреди ночи он услышал, что в кустах на пологом склоне что-то вдруг зашуршало, а потом в сторону шалаша двинулись легкие шаги. Слепой по звуку понял, что идут двое, причем один смелый, а другой трусливый. Он уловил дыхание этих двоих, стиснул пистолет и громко рыкнул:
– Стоять!
Слепой услышал, как двое непрошеных гостей поспешно улеглись на землю и начали отползать назад. Он примерно определил направление, нажал на спуск, и пуля вылетела со свистом. Слепой услышал, как эти двое скатились по склону и укрылись в кустах. Снова прицелился туда, откуда доносилось шуршание, и выстрелил. В ответ раздался чей-то крик. Выстрелы разбудили дедушку и всех остальных, они бросились в погоню и увидели, как две черные тени перескочили через ров и метнулись в гаоляновое поле.
– Пап, никого, – сказал отец.
– Запомни этот колодец!
– Запомнил. Это колодец семьи Красы.
Дедушка наставлял его:
– Ежели я умру, то ты винтовки достань и в качестве подарка преподнеси их Восьмой армии, чтоб вступить в их ряды. Эти ребята вроде чуть получше отряда Лэна.
– Пап, мы не будем никуда вступать! Мы сами соберем свой отряд. У нас ведь еще и пулемет есть!
Дедушка горько усмехнулся:
– Ох и непросто это, сынок. Я уже из сил выбился.
Отец опустил веревку, прицепленную к старому колодезному журавлю, а дедушка взялся за конец веревки и перевязал ей винтовки.
– Колодец точно высох? – уточнил дедушка.
– Точно. Мы с Ван Гуаном играли в прятки и в нем прятались.
С этими словами он перегнулся через край и вдруг увидел в кромешной тьме две серых тени.
– Пап! Там кто-то есть! – громко завопил отец.
Они с дедушкой встали на колени на оголовок колодца, напряженно всматриваясь в темноту.
– Это Краса! – воскликнул отец.
– Ну-ка, посмотри, она там жива?
– Вроде бы еще дышит… Рядом с ней свернулась клубком змея, а еще там лежит ее братишка Аньцзы… – Голос отца эхом отражался от стенок колодца.
– Не побоишься спуститься?
– Спущусь! Мы с Красой дружим!
– Только берегись змеи.
– Я змей не боюсь!
Дедушка отвязал веревку от винтовок, закрепил вокруг пояса отца и стал потихоньку опускать его в колодец.
– Ты там поосторожнее! – услышал отец дедушкин крик сверху.
Он нащупал ногой выступающий кирпич и встал на него. Черно-желтая змея вскинула голову, быстро высунула свой раздвоенный язык и зашипела на отца. Когда отец ловил в Мошуйхэ крабов, он научился обращаться со змеями, даже мясо их пробовал вместе с дядей Лоханем – они коптили его на сухих коровьих лепешках, а дядя Лохань рассказал, что змеиным мясом можно лечить проказу. Отведав мяса змеи, они с дядей Лоханем тогда ощутили сильный жар во всем теле. Отец стоял, не двигаясь, ждал, пока змея опустит голову, а потом ухватил ее за хвост и с силой начал трясти, пока кости не захрустели. Тогда он схватил эту тварь за шею и повернул на два оборота, после чего громко крикнул:
– Пап, сейчас я ее выкину.
Дедушка отпрянул в сторону, и из колодца вылетела полудохлая змея, похожая на колбасу. От страха у него волосы встали дыбом, и он выругался:
– Вот ведь сосунок, а смелости как у разбойника!
Отец помог матери приподняться и крикнул:
– Краса! Краса! Это я, Доугуань! Пришел тебя спасти!
Дедушка аккуратно поднял из колодца мою мать и труп маленького дяди.
– Пап, спускай винтовки! – велел отец.
– Доугуань, отойди в сторонку!
Веревка поскрипывала, пока связка винтовок опускалась на дно. Отец развязал веревку и закрепил ее у себя на поясе, а потом крикнул:
– Тяни, пап!
– Хорошо завязал?
– Да!
– Хорошенько закрепи узел, а не как попало.
– Закрепил!
– А узел скользящий или мертвый?
– Пап, ты чего? Я же только что обвязывал Красу, чтоб ее поднять!
Отец и дедушка смотрели на лежащую на земле Красу. Кожа на лице плотно облегала кости, глаза запали, а десны, наоборот, выступали, волосы словно припорошены мукой. А ногти на руках ее братишки стали темно-синими.
Под неустанной опекой колченогой тетки Лю моя мать постепенно поправилась они с отцом и раньше были хорошими друзьями, а после истории со спасением из колодца и вовсе стали близки, как брат с сестрой. Дедушка заболел тифом и чуть было не помер, а потом в бреду ему почудился аромат гаоляновой каши, и тогда отец вместе с остальными кинулись собирать гаоляновые зерна, а тетка Лю сварила кашу, распарив зерна до мягкости. Дедушка съел миску каши, и тут у него в носу полопались сосуды и хлынула черная кровь, однако с того дня к нему вернулся аппетит, и здоровье начало мало-помалу поправляться. К середине десятого лунного месяца он уже мог, опираясь на палку, потихоньку подняться на земляной вал, чтобы поздней осенью погреться в теплом солнечном свете.
В это время, по слухам, произошла стычка между отрядами Рябого Лэна и Мелконогого Цзяна, обе стороны понесли большие потери. Однако дедушка все еще был слишком болен, чтобы о чем-то думать.
