Красный Ярда полностью

Анархокоммунисты послали Ярду Гашека в Прамен под Ломом. Ярда стал редактором и администратором журнала «Омладина». Он писал, редактировал и распространял журнал. Сотрудники жили коммуной, но когда вечером начинался дележ заработка, Ярде вспоминалась страшная сказка о разбойниках, слышанная в детстве: «Это — тебе, это — тебе, это — мне». Спали тоже вместе, в редакционной комнате. Намаявшись за день, все засыпали крепким сном, не думая, что за ними следит недреманное око полиции. Жандармы обычно являлись в полночь — время, отведенное для привидений.

— Именем его величества государя императора! Откройте! — провозглашали призраки в австрийских мундирах.

Заклинание действовало безотказно: кто-нибудь из сотрудников открывал двери. Жандармы шарили в шкафах, постелях, печке, пальто, корзине для бумаг и, перевернув все вверх дном, исчезали.

Однажды, глядя, как начальник жандармов прощупывает пиджак главного редактора, желая выяснить, не спрятано ли что-нибудь за подкладкой, Ярда спросил:

— Что вы ищете?

Начальник улыбнулся:

— Ничего. Привычка…

— Обследуем на всякий случай, — добавил его подчиненный, выворачивая карманы Ярдиных брюк.

Гашеку надоел этот дом с привидениями. Если жандармы пропускали иногда ночь-две, то клопы были на редкость пунктуальны и изо всех сил досаждали сотрудникам «Омладины», словно тоже состояли на службе в имперско-королевской полиции… Он стал замечать, что анархисты были далеко не такими, какими они себя изображали. Кроме того, у коллег Гашека появилась скверная привычка прикарманивать его заработок. Ярда подсчитал, что на недоплаченные ему деньги можно купить велосипед — вещь по тем временам дорогую. Он уже не колебался: оставив на столе редактора подробный счет, писатель сел на редакционный велосипед и отправился в новое путешествие.

На двух колесах Ярда Гашек добрался до границы, пересек ее и очутился в баварском городе Нюрнберге, столице миннезингеров и пивоваров. Заезженный велосипед Ярда продал старьевщику и отправился дальше пешком.

В небольшом городке Гёхштедт Ярде не повезло. Когда он выходил из трактира, где вдоволь наелся копченого мяса с капустой и отведал превосходного баварского пива, к Ярде приблизился жандарм и, добродушно улыбаясь, спросил:

— Куда идешь?

— В Диллинген, — соврал Ярда.

— До него сорок километров.

— Сорок пять, — уточнил Ярда.

— А из Диллингена?

— В Швабию, в город Ульм.

— А из Ульма?

— В Швейцарию, в город Линдау.

Неизвестно, какой пункт Ярда назвал бы последним, продлись эта игра еще полчаса. Но жандарм прервал ее:

— Есть у тебя документы?

Гашек показал ему кучу разных документов.

— А деньги?

— Есть.

— Сколько?

Гашек достал кошелек, вытряхнул восемь пфеннигов.

— Маловато. Плохи твои дела, — очень по-домашнему, по-отечески сказал жандарм и строго прибавил: — Именем его величества короля баварского вы арестованы за нарушение закона о бродяжничестве.

Так Гашек попал из огня да в полымя — убегая от австрийских жандармов, он попал в руки баварских. Гёхштедтский жандарм взял его за воротник, отвел в управление, а оттуда — в тюрьму.

— Возьми ключ, — сказал тюремщик арестованному, — сходи на склад, выбери постель и деревянные башмаки, да поживее…

Гашек выполнил распоряжение тюремщика. Тот вручил ему Библию и повел по скрипучей винтовой лестнице в верхнюю башенную камеру.

Щелкнул замок. Узник остался один. Читать Библию не хотелось. Став ногами на койку, Ярда мог смотреть в окно. На соседней крыше было большое аистиное гнездо, аисты то и дело летали куда-то за кормом для птенцов. Ярда нашел жизнь аистов весьма интересной и наблюдал за ними, пока его не вызвали на допрос.

— Почему вы бродяжничаете? — спросил его следователь.

— Я путешествую, а не бродяжничаю, — возразил ему Гашек.

— Надо любить свою родину и не покидать ее.

— Я люблю свою родину и люблю путешествовать.

— Надо трудиться, зарабатывать деньги.

— Я тружусь, зарабатываю деньги.

«Странные здесь люди, — думал Ярда, рассматривая подозрительно черную шевелюру уже пожилого следователя, — им почему-то нравится играть в вопросы и ответы, как маленьким детишкам».

— Вы мало зарабатываете. Вы — бродяга. По законам Баварии бродягой считается всякий, кто не живет в данном месте, не имеет постоянного места жительства и в момент задержания имеет при себе менее трех марок. По всем пунктам вы подходите под определение бродяги.

— Меня обокрали, — печально сказал Гашек. — В Нюрнберге.

И Ярда пространно рассказал только что придуманную им историю кражи в гостинице, добавив:

— Я думаю, что меня обокрал не баварец.

Следователь удивленно вскинул на него глаза.

— Если бы вор был баварцем, он непременно оставил мне три марки на случай встречи с жандармом, — пояснил Ярда.

Следователь помолчал, потом спросил:

— А почему вы не заявили на месте, что вас обокрали?