Революция перекинулась и в Португалию. Через неделю примеру испанского короля последовали один за другим и все скандинавские монархи, поспешившие укрыться в Америке. Пребывание в Англии не представлялось надежным, потому что островное королевство близилось в величайшему кризису, который когда-либо суждено было ему переживать.
В течение четырех месяцев Карахану удалось овладеть всем европейским континентом. Следом за армией Карахана придвигался Маликов, политический организатор карахановских побед. В завоеванных странах устанавливалась диктатура пролетариата – страны присоединялись к советскому союзу, причем им обещалась автономия.
Долги государств были аннулированы. Банки всех государств объявил мораторий. Все это было проведено в порядке приказом диктатора.
В то время, как Карахан не прекращал продвижения своих войск, перебрасывая германские войска в Италию, а итальянские – в Испанию, он обратил все свое внимание на восстановление европейской промышленности и ее мощи. Особое значение придавал он промышленности, работающей для нужд войны.
Чтобы изжить продовольственный кризис, были предприняты массовые обыски и реквизиции. Гражданское население начало испытывать все прелести лишений. Тысячи английских, французских, бельгийских и итальянских солдат, отнюдь не согласных с режимом Карахана, очутившись без средств к существованию и без самого необходимого, оказались вынужденными поступить в армию Карахана. Появляться на улице без красной повязки на рукаве было рисковано – это означало немедленную отправку на принудительные работы или арест.
Неожиданно всему миру пришлось узнать, что следующим народом, которому суждено было почувствовать на себе прикосновение руки Карахана, был народ, родственный ему по крови.
Парижское издание „Чикаго Трибюн“ сообщило о том, что правительство Филиппинских островов не рискнуло отменить известный, закон о ведении бухгалтерских книг, предусматривавший для японских в китайских купцов ведение бухгалтерии на испанском языке.
Постоянно натянутые отношения между Японией и Филиппинами еще более ухудшились после того, как правительство Филиппин оказало гостеприимство японской императорской семье. Япония истолковала позицию, занятую филиппинским правительством в вопросе об употреблении японского и испанского языка как враждебную, и Карахан дал приказ, о выступлении японского воздушного и морского флотов в Манилу.
Американские пацифисты развили в сенате сильную деятельность и тем самым, добившись нейтралитета Америки, создали для Карахана благоприятную обстановку.
Лишь Австралия выступила с протестом по поводу занятия Филиппин Японией, но красное правительство не обратило внимания на проест.
Бойер ежедневно информировал меня о ходе событий. От него я узнал о переброске японских войск на транспортах и десанте. Милиция Филиппин состояла из двадцати двух тысяч туземцев, бывших под командованием американских инструкторов. В течение двух дней она оказывала наступавшим японцам мужественное сопротивление и принуждена была прекратить сопротивление под нажимом более сильного противника.
Манила пала.
Над Филиппинами взвился красный флаг, и в гавань вошел японский флот, сопровождавший французский дредноут „Париж“, на котором находился представитель Карахана.
Карахан провозгласил на Филиппинских островах диктатуру пролетариата и назначил главой правительства Хуана Эспинозу, в течение ряда лет представительствовавшего в Коминтерне, от имени Филиппинских островов.
Предсказание Бойера, что эпизоду на Филиппинах не придадут особого значения, оказалось правильным. О нем совершенно забыли, потому что надвигались более крупные события. В Англии отныне все внимание было устремлено на Джоэ Кука, лидера рабочих, и на рост влияния рабочей партии в парламенте.
Рабочая партия Англии использовав разногласия либералов и консерваторов, добилась отозвания английских войск из Египта и удаления флота из Средиземного моря.
1 мая кабинет Черчилля попытался добиться объявления всеобщей мобилизации, но коммунисты, поддержанные и рабочей партией, покинули заседание палаты общин.
Через полчаса, экстренные выпуски газет объявили о всеобщей двенадцатичасовой забастовке. Под угрозой всеобщей забастовки правительство Черчилля предпочло выйти в отставку.
Через три дня Джоэ Кук составил новый кабинет, и королю не осталось ничего другого, как утвердить составленное им правительство.
Первым действием нового премьер-министра явилось назначение нового первого лорда адмиралтейства. На этот пост был назначен матрос Билл Брандон, коммунист по убеждениям, получивший в Ютландском бою крест Виктории.
Брандон тут же приказал всему английскому флоту прибыть в порты Англии, и предоставить флоту Карахана возможность свободного прохода через Ламанш.
Это распоряжение вызвало возмущение и привело к первому столкновению между коммунистами и сторонниками старого порядка.
