— Говори со мной так, словно ты — мой наставник, а я — твой ученик, глупый оруженосец, у которого обнаружились задатки герметизма, — приказала она, отпивая маленькими глотками вино.
При этом женщина выглядела весьма довольной, но по откинутой назад голове маг понял — она знала, что такое страх. И была смертной, хотя иногда ему и чудилось иное.
— Поскольку я могу пользоваться силой, думаю, ты полагаешь, будто я знаю, как это работает. Что наши знания равны. Но вся правда в том, что, когда солнечные лучи падают на меня, я чувствую прикосновение Бога и иногда, с его помощью, могу сотворить чудо.
Ее лицо озарила улыбка. Гармодий подумал, что без должной сдержанности такая самоуверенность может сделать королеву намного страшнее любого чудовища.
— Что же, ваше величество. Как вы знаете, существует две школы силы — два источника для создания любого заклинания.
Он осторожно поставил посох в угол и встал на колени, чтобы стереть с пола пентаграмму.
— Белая и черная.
Он пристально посмотрел на нее. Королева с улыбкой пожала плечами.
— Это же так просто, мой маг. Есть сила солнца, чистая как свет, не стесненная путами, невидимая — знак любви Божией в каждом его творении. И есть сила Диких — малейшая ее капля изменяет сущность того, кто ею обладает, а любая сделка скрепляется кровью.
Гармодий закатил глаза.
— Скрепляется. Сделка. На самом деле кровь там вовсе необязательна. Сила везде, она исходит от всего вокруг: от травы, деревьев и существ, которые живут среди них.
— Да, я чувствую ее, хотя она недружелюбна ко мне.
— Неужели? — спросил он и на всякий случай перекрестился.
Почему он не спрашивал королеву об этом раньше? Ему пришел на ум более безопасный опыт, но что сделано, то сделано.
— То есть вы можете ощущать силу Диких?
— Да! — воскликнула она. — Я ощущаю ее даже в тех бедных мертвых существах, которые украшают большой зал.
Маг покачал головой, осознав собственную глупость. Причина в гордыне.
— Чувствуете ли вы присутствие силы Диких в этой комнате?
— Зеленая лампа разве не артефакт, когда–то принадлежавший Диким? Волшебная лампа?
— А вы можете взять хотя бы частицу силы, которую она излучает, и воспользоваться ею, ваше величество?
— Зачем ты задаешь такие вопросы? Теперь я думаю, что ты глуп, маг.
«Вот значит как, — подумал он, — не до такой же степени презрительно».
— И все же разве не я призвал могущественного демона из преисподней?
На ее лице заиграла улыбка.
— Положим, не одного из величайших, но все же.
— Союзника Диких, можно ли его так назвать? — поинтересовался Гармодий.
— Бог есть солнце и сила солнца, а сатана полагается на силу Диких, — она пропела строчки, словно девочка–школьница. — Демоны вынуждены использовать силу Диких. Когда сатана отвернулся от Бога и повел свои легионы в ад, тогда вся магия разделилась на две силы, зеленую и золотую. Золотая для слуг Божьих. Зеленая для приспешников сатаны.
Маг кивнул и вздохнул.
— Что–то вроде этого, только все намного сложнее.
— А вот и нет, — заявила она, снова выказывая непоколебимую самоуверенность, — я считаю, что зачастую мужчины склонны все усложнять. Так меня учили монахини. Ты хочешь сказать, что они лгали?
— Ну да, я просто скормил демону силу солнца. С ее же помощью его и призвал. — Гармодий расхохотался.
— Нет, ты изгнал его! — В комнате раздался ее звонкий смех. — Ты дразнишь меня, маг!
— Я изгнал его после того, как скормил ему достаточно силы, чтобы заставить расти, — возразил старик. — Чистый Гелиос, который я получил при помощи своих инструментов, не имея особых способностей вашего величества.
«Какими бы они ни были».
Королева пристально на него посмотрела. В ее взгляде не было хитрости или намека на флирт, насмешки или искусного обаяния, или даже привычного юмора.
— И что это значит? — шепотом спросила она.
— Спросите меня снова, ваше величество, после того как через неделю я призову его вновь. Скажите, будете ли вы со мной в тот день… Я обязан вам, если бы не вы…
— Что ты ищешь, маг? Одобряет ли подобные практики церковь? — говорила она нарочито медленно, тщательно подбирая слова.
Он вдохнул. Выдохнул. «Наплевать на церковь», — подумал он, а вслух произнес:
— Да, ваше величество.
«Нет, ваше величество. Вряд ли. Но они — не ученые. Их интересует лишь сохранение текущего положения».
— Я не просто какая–то девчонка, — заявила она. — Разве нам не следует спросить об этом епископа?
Гармодий нахмурился.
— Как пожелаете, ваше величество.
