— Так давай глянем, — прищурился Жилин. — Название — Ан-225Э. Собран на Киевском механическом заводе, он же КМЗ, дробь ОКБ имени О.К. Антонова, 1990 год. Это мы в курсе. История полётов за рассматриваемый период. Кайенна, Французская Гвиана, цель полёта — засекречена. Ладно, по нашим источникам мне известно, что этим рейсом возили крупные детали для французских космических кораблей. Лима, Перу, цель полёта — доставка крупногабаритной спасательной техники для ликвидации последствий землетрясения в труднодоступных районах. Могадишо, Сомали, доставка гуманитарной помощи. Кликни-ка на самое последнее. Нью-Йорк, аэропорт имени Ричарда Никсона, цель полёта… Прочерк? Посмотри имена экспедиторов, должны высветиться инициалы Иванова А.С., как в предыдущих. Прочерк? Да какого хрена?! Так, Тань, мы с тобой не посмотрели бортовой номер этой «Мрии», кликни давай вот по тому окошку. Бортовой номер «USSR-82…». Троеточие? Да за кого они нас вообще держат?!
— Просто обозначение, что это «Мрия». Без последних трёх цифр мы не узнаем, что это конкретно за борт. — Таня в задумчивости оперлась подбородком на кисти, сложенные в замок. Пару раз кликнула левой кнопкой мыши. — Товарищ майор, поглядите, какое интересное совпадение. За этот год наш безымянный «Антонов» прямо зачастил в Соединённые Штаты: Бостон, Нью-Йорк, Филадельфия, Балтимор, Хьюстон, Даллас, Лос-Анджелес, Сан-Франциско, Готэм, Чикаго.
— «Мрия» побывала во всех американских аэропортах, способных её принять, — мрачно отметил Жилин. — Но самое главное не это. В двух третьих всех рейсов, включая последний — августовский, стоит чёртов прочерк. Здесь явно мутятся какие-то серьёзные дела, а я ничего не могу выяснить через собственное ведомство.
«Моего друга как будто бы растерзали зря», — хотел сказать контрразведчик.
— А может, вам просто не дали допуск? — подав плечами, непринуждённо предположила Таня.
Догадка девушки моментально нашла отклик в мыслях майора. Жилин и Таня беспокойно переглянулись, не желая высказывать вслух то, что им обоим внезапно пришло на ум. Неужели кто-то старался скрыть какие-то неприятные тайны от собственных сотрудников? Как совсем этим оказывался связан неуловимый убийца? Куда в итоге выведет их всех скользкая дорожка сложного расследования?
***
В грузовом ангаре царила умиротворяющая тишина, чей ореол поддерживался солнечным светом, проникающим сквозь окна под потолком. Стальная громада, поддерживаемая толстенными балками, величественно нависла над головой человека. В настоящий момент постройка, к удивлению, пустовала. Внешние ворота, похожие на гермозатвор, оказывались накрепко закрытыми. Сложные краны — как колёсные, так и подвесные мостовые — застыли во временном перерыве. Закрытыми являлись многочисленные ящики для инструментов. Разнообразное оборудование для диагностики, наладки и калибровки было либо выключенным, либо переведённым в спящий режим. Большие авиационные детали висели на цепях или лежали на специальных поддонах, а детали помельче — лежали на стойках и стеллажах. Всё это находилось под неусыпным надзором камер.
Пара Як-40Э, предназначенных для перелётов на небольшие расстояния, казались крохами, а Ил-86 — сводным младшим братом по сравнению с гигантской «Мрией». Только один её двигатель из имеющихся шести по размерам можно было сравнить с легковым аэромобилем. Семь пар задних шасси, шедших друг за другом, напоминали колёса поезда. Носовая часть, похожая на голову пеликана с его громоздким клювом, существенно отдавала даже по нынешним меркам космическим футуризмом. Да и сам Ан-225Э больше стремился выглядеть, как космический корабль, и чем-то внешне, концептуально приближался к самому «Бурану», который по изначальной задумке самолёт должен был перевозить на верху своего могучего фюзеляжа. «Мрии» и «Бурану» полагалось образовать неразрывную, единую систему и возглавить освоение внеземного пространства.
Дверь, ведущая в кабину пилотов, напоминала выход многоэтажного дома, временно лишённого балконов. Она оказалась надёжно заперта, и за её иллюминатором, как и за стёклами кабины, царила темнота. Не попадая в поле зрения камер, Ярослав при помощи «Кошачьей лапы» быстро преодолел расстояние до самолёта-великана и незаметно закрепился на его боку, упершись ногами в скользкую, но гладкую поверхность. Внутрь было не попасть: подобный транспорт никогда не оставался открытым без присмотра.
«Какое же великое достижение прогресса! — с лёгким чувством благоговения Коломин прикоснулся к металлу “Мрии” рукой в перчатке, чтобы не оставлять возможных следов. — И сколько ещё таких достижений сейчас постоянно используется во зло тому же человечеству, которое их же и изобрело?»
