— Это компьютер доцента Молева, он сейчас в командировке в Улан-Удэ, приедет только через неделю, — пожала плечами девушка. — Пароль знает только он.
— В таком случае, придётся его узнать и мне, — ультимативно заявил Коломин, готовясь к новому сеансу «Зевса».
— Но товарищ капитан! — решил поспорить Шахматов. — Взлом — это грубое нарушение законодательства…
— Допуск посторонних лиц на место преступления, начало собственного расследования до приезда МВД, непротоколирование и недокументирование улик — гораздо более серьёзные нарушения, товарищ сержант. — Ярослав был грозен.
— Клянусь вам, я ничего про это не знал.
Вспышка. Пальцы Долгопятова набирают нужный пароль на компьютере Молева.
Вспышка. Долгопятов открывает дверь в больших железных воротах, которые как раз располагались в перегонном блоке. Надпись «Т-56» белой краской на потолке. Он включает фонарик и спускается вниз с прежней уверенностью.
Вспышка.
«
— Что за машина ЗИЛ-130Л-бис? — поинтересовался Коломин у всех сотрудников завода.
Ожидая одобрения, ассистентка переглянулась с командиром охраны.
— Всё в порядке, говорите, у него есть виза, — разрешил Шахматов. Чтобы не смущать девушку своим присутствием, ВОХРовцы вышли в коридор и закрыли за собой дверь.
«Здесь никому нельзя доверять», — подумал про себя следователь.
Ассистентка неуверенно приблизилась поближе к Ярославу и присела на краешек ближайшего стола.
— Над ЗИЛ-130Л-бис работает доцент Молев, профессор Самарский и вся наша команда, — призналась девушка. — Мы получили специальный заказ от ГРУ Генштаба. Грузовик не должен ничем отличаться от классического «сто тридцатого», кроме одного. Между кузовом и подвеской размещается секретный ящик. При внешнем осмотре как подвески, так и кузова он абсолютно не заметен. Ящик обит словацием, благодаря чему его содержимое не распознаётся никаким сканером. Проверяющий видит лишь составные элементы старого доброго ЗИЛ-130Л и не выказывает никаких подозрений. В ящике можно разместить груз, который нужно тайно провезти, или несколько живых существ, включая человека. Для этого в нашей надстройке обустроена система вентиляции и климат-контроля, имеется трубка для справления естественных потребностей, есть экранофон и кнопка экстренной связи с водителем.
— Без комфорта, зато в тесноте да не в обиде, — усмехнулся Ярослав.
— Мы помогаем нашим народу и государству… в разных направлениях.
— Скажите, а может быть, кто-то из вашей команды был знаком с покойным Долгопятовым? Принимал ли он участие в работе над «бис»? — поинтересовался Коломин.
— Нет, вы знаете, в научно-исследовательском центре практически нет простых рабочих. Уровень начинается с главных специалистов и выше, — отрицала ассистентка. — Вы считаете…
— У вас тут пропускной режим ещё лучше, чем на основную территорию ЗИЛа, — честно отметил Коломин.
— Разве что только кто-то помог ему попасть сюда. На КПП или ещё где. — Девушка беспомощно развела руками. Слабо улыбнулась. — Однако спасибо, что вы пролили свет на эти обстоятельства. Я поговорю с профессором, думаю, он напишет обращение в службу безопасности. Пусть везде заменят пароли, сделают всем новые карты допуска.
— Вы ответственная работница. Удачи в ваших начинаниях, и берегите себя!
Ярослав вышел в коридор, широко раскрыв плащ.
— Что-нибудь выяснили? — поинтересовался несколько заскучавший Шахматов.
— Долгопятов нелегально получал данные об одной секретной разработке завода. Возвращаемся в перегон на место преступления. — Следователь поманил охранников за собой. Старший сержант непонимающе хмыкнул.
Они снова оказались в самой низкой точке перегонного блока, где ЗИЛ-130Л уничтожил нижнюю часть тела Петра Долгопятова всмятку. Перед четвёркой в крайнем углу высились ворота «Т-56», окраской сливающиеся со стеной и не слишком приметные. Сейчас они оказались закрыты. Ярослав прислонил ухо к холодному металлу, но ничего не услышал, кроме заунывного сквозняка.
— Михаил, а что там? — спросил Коломин, кивнув на «Т-56».
— Я не знаю всего, товарищ капитан, — казалось, Шахматову до сих пор было стыдно и за собственную службу, и за предприятие, которые умудрились проворонить столько нарушений. Нет, он действительно являлся честным ответственным бойцом и не посвящался во все тайны завода-гиганта. ВОХРовец приложил пропуск к считывателю рядом с воротами.
— В доступе отказано, — холодно произнёс механический голос из динамика.
Шахматов плюнул и опять направился к интеркому.
— Дежурный, это старший сержант Шахматов, личный номер «два-два-девять, три нуля». Прошу предоставить допуск к воротам «Т-56», перегонный блок между двадцатым, двадцать первым и НИЦ, приём.
— Понял, ожидайте, — на другом конце проснулся оператор. Откликнулся через полминуты: — Товарищ Шахматов, допуск разрешён.
— Благодарю за содействие, конец связи!
