— Как себя чувствуешь? — оперативно спросил Коломин и, напрягшись, сдвинул «Урал» с ноги девушки. Та легонько вскрикнула, сил у неё уже оставалось мало.
— Да так, серединка на половинку, — слабо улыбнулась милиционер. По погонам можно было понять, что по званию она являлась рядовой. — Отличное у меня выдалось первое дежурство. Я даже пистолет не успела выхватить, всё очень быстро произошло.
— Привычного жгута у меня нет, придётся воспользоваться подручными средствами. — Ярослав быстро снял с себя ремень, обвил вокруг бедра пострадавшей, как следует затянул.
— Спасибо, товарищ капитан. Чтобы я без вас… — было хотела поблагодарить девушка, но Коломин её прервал.
— Стенки жёлоба в этом месте не слишком крутые. На его дне врачи, они тебе помогут. Сможешь направить себя и попутно обо что-нибудь не удариться, если я тебя спущу?
— Попробую. Выбора у меня всё равно нет… — согласилась аэроциклистка.
— Выбор есть всегда. Вернее, альтернатива, — туманно произнёс Ярослав, обхватив и подняв на руках девушку. Широко раскрыв глаза, она инстинктивно приобняла его.
Тяжело выдохнув, капитан спринтом рванул к краю жёлоба, аккуратно посадил стража правопорядка на край, убедился, что в ближайшие полминуты она не потеряет сознание, спросил о готовности, направил вниз и легонько подтолкнул её в спину. Девушка спокойно проехалась на пятой точке, словно на детской горке, прямо в руки медиков внизу. Убедившись, что рядовая вместе с врачами достигли безопасного места, Ярослав продолжил осуществление своего дерзкого плана.
Дым ещё не рассеялся, а значит, что у Коломин пока обладал форой. Следователь поднял слегка повреждённый аэроцикл, сел на него, попытался завести, однако это не сработало. Ярослав с гневным стуком собственного сердца повторил попытку, и на этот раз «Урал» покорно заурчал. Стараясь максимально пригнуться, бесстрашный капитан стрелой устремился в облако дыма.
Террористы точно не ожидали подобного безумства. Спустя пять секунд, как патроны на никем не обслуживаемом пулемёте кончились, из плотнейшего дыма прямо на центр площади кометой вылетел милицейский аэроцикл. На бешеной скорости он нёсся непосредственно к центральному входу. Боевики очнулись от оцепенения и нацелились на жёлто-синюю машину. Не успели пальцы вжать спусковые крючки в металлические скобы, как ревущий на всю округу «Урал» ушёл по ужасной гиперболе резко влево. До того, как радикалы открыли огонь по ненормальному аэроциклу, Ярослав поддался к асфальту, вывалился из сиденья и «Кошачьей лапой» стрельнул по одному из подоконников второго этажа.
Несколько очередей прошили отчаянный «Урал». Не имея водителя, транспорт дёрнулся, расхлябался, словно пьяный, и трясущейся полууничтоженной массой на самой высокой скорости, что гарантировалась заводом-производителем, влетел в неплохую, но наспех собранную баррикаду в центральном входе. Грохнуло, будто в райисполком попала гаубица, ограждение разнесло и разметало по всему фойе, осколками и прочим мусором поражая ближайших нерадивых инсургентов.
Тем временем Ярослав на полной скорости влетел в окно, чьи стёкла оказались полностью выбитыми, врезался ногами в грудь террористу и отбросил его на пять метров вглубь помещения. Боевик попытался подняться и мигом получил очередь в грудь. Не до конца осознавая происходящее, другой радикал в конце кабинета рванул на помощь сообщнику, но не успел добежать до укрытия и был прошит пулями из АЕК. Третий террорист уже наставил на Коломина дуло дробовика, но капитан выстрелил из-под мышки «Кошачьей лапой» и вырвал мощным устройством мощное оружие. Террорист не растерялся и выхватил из чехла армейский нож, однако Ярослав без раздумий ликвидировал противника, не желая вступать с хорошо подготовленным врагом в рукопашную схватку. Капитан перезарядил автомат.
В помещении царил полумрак. То ли сами чиновники до атаки, то ли уже непосредственно террористы задёрнули шторы и опустили ставни на многих окнах. Другие отверстия наспех забаррикадировали боевики подручными средствами. Освещение не работало. Разгром внутри произошёл, скорее, из-за разыгравшегося боя в целом, а не только от действий одних радикалов. На паре столов стояло по чашке с остывшим кофе, бумаги были аккуратно разложены по стопкам, зелёным или голубым светили мониторы ЭВМ, кто-то не успел возвратить телефонную трубку на базу, один человек не зарядил степлер новым блоком скрепок, план почти собрал все подписи для согласования — казалось, отвернёшься от поломанных окон и подумаешь, что работники просто отошли на совещание или обеденный перерыв. Правда, частые следы от пуль, а также трупы мужчины и женщины, сваленные в угол помещения, явно нарушали обманчивое впечатление.
