— Уф, а это было неожиданно, — сказав быстрым шёпотом, Ярослав сразу поднялся.
— Я всё сомневался до конца, что у нас получится, но я рад, что смог вам помочь ради доброго дела. — Мужчина оказался никем иным, как Алексеем Алексеевичем Зориным, капитаном Ту-160Э.
— Вот уж, действительно, фирма веников не вяжет. Вернее, ЗИЛ. — Коломин натянул очки «Тиресия» на глаза.
— Расположение грузовой таможни и грузового терминала вы помните. Не забывайте о приблизительном расположении наиболее чувствительных систем слежения, — по-отцовски наставлял Зорин. — В данной части непассажирского сектора сейчас идёт ремонт, и большинство камер и датчиков были демонтированы или отключены. Но потом в этом плане начнётся полная «жесть». Шанс всего лишь один. Если провалитесь, быть вам до конца жизни районным участковым в Красноводске, а мне — поливать поля на сельсхозяйственном Ми-2 где-нибудь под Гуляйполем или Балхашем.
— Спасибо огромное, Алексей Алексеевич! Наш отдел и советская милиция этого никогда не забудут, — поблагодарил КВСа Ярослав. — Я всё тщательно запомнил и не подведу ни вас, ни себя.
— Тогда будьте осторожны и удачи вам! — пожелал на прощание пилот.
«Своим человеком», о котором так просил Жилин, у объединённой команды МВД и КГБ стал Зорин. На него Ярославу удалось выйти через Светлану. Жилин же в свою очередь через хорошего знакомого в ГРУ сумел заказать на ЗИЛе чемодан со внутренним покрытием из сплава словация, который невозможно было просканировать ни одним прибором. Читатель помнит, что тем самым составом обивался и специальный ящик для скрытых перевозок, который размещался в конструкции ЗИЛов особой сборки. По теневой схеме необычный чемодан был передан от ГРУ в КГБ, а от разведывательной службы — непосредственно в МВД.
Ярослав, помещённый в большой чемодан, должен был пройти незамеченным через все возможные сканеры. Единственной фатальной проблемой мог бы послужить ручной выборочный досмотр, но в условиях надёжности техники к нему прибегали достаточно нечасто. На данном этапе Коломину повезло. Зорин на дерзкий и рискованный план согласился не сразу. КВС как лицо, имеющее непосредственный доступ в непассажирскую часть терминала, должен был забрать «Троянского коня» с Ярославом внутри и доставить его в безопасное укромное место. В конце концов Коломин и Шереметьева смогли убедить Алексея Алексеевича помочь милиции, и пилот уже без лишних колебаний согласился поучаствовать в опасной операции. Зорину как ответственному и честному гражданину, прежде всего, крайне не нравилось сокрытие руководством «Шереметьево» значительных преступлений чуть ли ни перед лицом органов правопорядка. Он посвятил Ярослава во все нюансы безопасности аэропорта и поведал ему о разного рода полезных мелочах, которые могли бы помочь анализатору добраться до нужных мест и тщательно провести каждое расследование.
Ярослав вышел из пустой комнаты, вернулся в главный коридор и потрусил по нему рысью. Здесь людей пока не находилось. Капитан добежал до конца и свернул налево. Здесь какой-то техник возился со встроенной в стену приборной панелью. Коломин сбавил шаг так, чтобы притвориться мерно идущим работником терминала. Техник подумал, что это проходит кто-то из местных и даже не глянул на Коломина. Ярослав двинулся на стальную лестницу, которой заканчивался данный коридор.
Вспышка. Ярослав тихо вбежал на неосвещённый пролёт ниже и затаился в тени, не дыша. Сверху, спокойно болтая между собой, спустились двое вооружённых ВОХРовцев. Охранники, гулко простучав берцовыми сапогами по рифлёному металлу, пошли в ту сторону, откуда несколькими секундами ранее прибыл Коломин. Когда бойцы ушли на достаточное расстояние, Ярослав направился к верхним лестничным пролётам.
Камера, установленная на потолке последнего этажа, казалось, просвечивала все уровни лестницы. Но это оказывалось не так, а поэтому Коломин постоянно прижимался к стене и поднимался бочком, чтобы какой-то участок тела не попал в поле зрения устройства. Капитану не надо было наверх — на третьем пролёте, обернув часть плаща вокруг пальца, он набрал код от двери и приложил к счётчику «липовую» карту-пропуск, изготовленную товарищами Жилина. Камера слежения наверху так и осталась без своей добычи, одиноко вися под крышей.
За рифлёным дверным стеклом внезапно возникла массивная фигура в серо-зелёном плаще. Ярослав спешно пригнулся, но его опаска оказалась избыточной: таможенник даже не посмотрел в сторону выхода и двинулся куда-то вперёд. Коломин тихонько приоткрыл дверь, чтобы оценить обстановку.
Очередной коридор со стенами с деревянной обивкой отлично освещался. Метрах в тридцати таможенница ласково говорила с сослуживцем. Секретарша, но тоже с погонами, работала за компьютером, сидя за стойкой в отдельном углублении. Здоровый таможенник продолжал отходить от выхода на лестницу, направляясь, судя по всему, к кулеру с водой. Камера висела точно напротив автомата с водой, вращалась, но пока Ярослав находился в её «слепой» зоне.
