– Мне бы кипячёной воды. – Сказал Ив, отставляя кружку. Хозяин повёл бровью, и кудрявый мальчишка мигом поменял кружки перед Ивом. Ив бросил в воду дезинфицирующий шарик, как-то не относя пока откровенные насмешки окружающих на свой счёт.
Высокий парень в кожаных латах, обильно усеянных металлическими клёпками и шипами, с конкретно брутальной внешностью, подошёл к столу, за которым устроился Ив, нарочито громко лязгая всеми металлическими частями сапог и одежды. Не спрашивая разрешения, уселся напротив. Так же демонстративно отстегнул и бросил на стол богатые ножны с широким коротким мечом, брякнул кружкой со спиртным. Ив с интересом осмотрел меч, потом с тем же искренним интересом посмотрел парню в глаза. Тот прищурил их, упиваясь своей крутизной.
– Ты откуда свалился, человечек? Говоришь с акцентом, кожа смуглая, одет, как пугало. Кто ты?
– Я мероканец. Вряд ли ты знаешь, что это значит.
– Верно. Но видишь ли – здесь не любят цветных. А больше того здесь не любят наглых цветных.
– А мне какое дело? – Чуть приподнял левую бровь Ив.
– Какое. Тебе. Дело. – Парень нехорошо ухмыльнулся. – Я надеялся на такой ответ от тебя. Видишь ли, каждая цветная тварь должна знать своё место. Если ты не знаешь, я покажу.
– И?
– На заднем дворе у корыта! – Рявкнул парень, хватанув кулаком по столу. – Сам пойдёшь, или вышвырнуть тебя?!
Ив не ответил и не пошевелился. Пауза начала затягиваться, и у парня глаза стали наливаться кровью. Он начал подниматься, но для чего, навеки осталось тайной: Ив единым молниеносным движением перехватил его руку, прижал к столу и вонзил меж пальцев нож – так быстро, что никто не успел заметить, когда он выхватил нож из-за спины.
– Я тебя прекрасно слышал. – Мягко сказал он. – Сегодня я уже убил в лесу двух очень крутых человечков. Не хотелось бы превышать норму.
Нож вонзился в стол почти на две трети. Ив легко выдернул его и вложил, не глядя, в ножны. Парень плюхнулся на скамью, не сводя глаз со своей руки. Нож Ива даже не поцарапал пальцев. В таверне повисла нехорошая тишина. Хозяин вытирал и выставлял посуду, демонстративно не глядя в сторону опасного пришельца.
– Я же прикончу тебя, сволочь. – Сказал парень. – Я порву тебя в клочья, тварь! Ты мертвец уже, синяк позорный!
Ив допил воду и неожиданно, без размаха, засадил парню кружкой по зубам. Раздался тошнотворный хруст, кровь брызнула на стол.
– Выбирай слова. – Тихо сказал он. – Обращаясь к человеку Высокой Касты. Моему Дому три тысячи лет; мои предки были судьями, правителями и военачальниками, когда твои зубами выкусывали блох и чесали за ухом задней лапой. Не слышу! Что?!
Невнятное бормотание через кровавые пузыри и пену было ему ответом. Парня трясло от боли: Ив сильно разбил ему челюсть.
– Я не слышу! – Повысил голос Ив.
– Прости, господин… – Парень сполз на пол и скорчился в поклоне.
– И не пресмыкайся перед сильным. – Ив встал. – Имей гордость. Я требовал только вежливости.
Хозяин метнулся к нему, убрал стул, наполовину загораживающий проход, поклонился, разведя руки. Немногочисленные посетители опускали головы к тарелкам и кружкам, страшась привлечь к себе внимание. Может, пришелец и не был колдуном, но такой быстроты и точности никому здесь видеть ещё не приходилось.
Ив был уже у двери, когда на пороге появился новый персонаж: молодой савалянский барон. Тонкий и стройный, светловолосый и голубоглазый, он напоминал клинок. Ему было не больше двадцати, но в этом мире ранних смертей он уже считался зрелым мужчиной. Такие же юные, но искушённые мужчины создали рыцарство на Земле когда-то. По-юношески жестокие и романтичные, они возвели свою юношескую романтику в культ, переживший их эпоху и очаровывающий их потомков и свежестью своей, и своим максимализмом. Что-то подобное возникло уже на Савале, и перед Ивом сейчас стоял яркий последователь этого культа. Вызывающе-цветной герб на тёмно-коричневой одежде был таким же, что и у кожаного латника; украшенная драгоценными камнями шпага на боку достойна была самого знатного вельможи.
– Доброе утро, чужеземец. – Приятным низким голосом произнёс он, глядя, тем не менее, очень холодно и жёстко.
– И тебе того же. – Сдержанно ответил Ив.
– Мне стало известно, что какой-то даме нужны услуги повитухи.
– Это так; и время не терпит.
– Поблизости нет ни одного дома, который мог бы приютить знатную даму, кроме Игирмы, моей крепости. Я хотел бы… – Взгляд его упал на избитого латника, и барон переменился в лице.
– Крон? – Произнёс требовательно.
– Я немного рассказал ему о вежливости. – Пояснил Ив. – У него с этим проблемы.
Ноздри барона дрогнули и раздулись:
– А ты знаешь, чужеземец, что я здесь – закон, и правила вежливости объясняю я?! Крон – мой человек, и морду ему, коли будет нужда, тоже я бью?!
– То есть, – очень вежливо, но тоже холодно спросил Ив, – если бы я не смог дать ему сдачи и валялся сейчас избитый на заднем дворе, ты сделал бы это за меня?
Барон только глазами сверкнул. Нарочито громко гремя шпорами, подошёл к Крону, спросил:
