Только если раненым не оказался Эренд. Элой выругалась себе под нос. Он будет настойчиво продолжать поиски в любом состоянии. Упрямец. Он всё испортит.
Элой обнаружила, что ускорила темп из-за беспокойства. Судя по всему, у Эренда не было достаточно людей для полноценного противостояния армии Гелиса. Затмение было слишком опасным противником.
Элой не останавливалась, даже когда солнце скрылось за горизонтом, и темнота поглотила следы. Это не имело значения; она знала, куда идти.
Наконец заметив мерцание костра за деревьями, Элой почувствовала одновременно облегчение и гнев. Ей придётся долго спорить с Эрендом, но каким-то образом убедить его вернуться вместе с отрядом в Меридиан для оказания медицинской помощи. Впереди битва, к которой пока никто из них не готов. Её шаги замедлились.
Что, если спорить не придётся? Что, если она встретится с одним из подчинённых Эренда и попросить его убедить всех вернуться? Пусть объяснит, что стремление найти её не увенчается успехом, поэтому необходимо отправиться домой.
Элой двигалась на свет костра и вышла на тропу. Было темно, но при желании её могли заметить. Она огляделась и продолжила путь.
Никого.
Элой направилась прямиком на поляну, оттолкнула мешавшуюся ветку и открыла рот, готовая выразить весь свой гнев по поводу неосторожности отряда.
Одна палатка. Один огонь. Один мужчина.
— Элой, — воскликнул он, наконец заметив её.
— Ты ОДИН?! — она хотела влепить ему пощёчину. Ударить так сильно, чтобы сразу избавить от мучений. — У тебя с головой всё в порядке? — стиснула кулаки, как будто сжимала их на ткани его рубашки. — В одиночку брать целый лагерь? А что потом? Ты планировал найти Карха Тьмы и вежливо попросить их убраться обратно в Закатную крепость? — голос становился всё пронзительнее. Эренд уселся рядом с огнём и занялся своей раной.
— Я тоже рад тебя видеть.
Элой бросилась к нему, сердито оттолкнула руки и принялась осматривать рану. Колото-резаная, кто-то нанёс идеальный удар, попав в промежуток между доспехами. Возможно, задета артерия.
— Ты идиот! — прошипела она, злясь на Эренда и одновременно стараясь не расплакаться. Она не была готова к тому, чтобы встретить его одного и раненого из-за неё. — О чём ты думал?
— О том же, что и ты, — Эренд неохотно позволял осматривать себя, — ты ведь тоже предпочитаешь отсутствие компании?
Она бросила на него недовольный взгляд. Это было далеко не то же самое. Она привыкла к одиночеству, когда приходилось беспокоиться только о себе.
— Я умею постоять за себя, тебе это хорошо известно. Тебе не нужно волноваться обо мне, — отрезала она, касаясь его горячей кожи. Отлично. Может быть, лихорадка преподаст ему урок.
— Не только о тебе, — раздался сверху монотонный голос Эренда, от которого по коже Элой пробежали мурашки. Она подняла голову, чтобы посмотреть на него, и он улыбнулся, — я обещал, что тебе не придётся проходить через всё это в одиночку. Помнишь? Дал обещание тебе и ей, — он указал на её живот.
Элой тяжело сглотнула, приложив ладонь к животу.
— Ей?
— Или ему. В любом случае, я просто надеюсь, что вы оба будете в безопасности.
Она так устала плакать из-за него. Элой отвела взгляд и отвлеклась на копание в сумке в попытке отыскать нужные травы, после чего вручила их Эренду.
— Обсудим всё утром, — чуть ли не прорычала она.
Эренд удивлённо приподнял бровь, но кивнул.
— Ты собираешься остаться?
— Ты — раненый идиот, которого сейчас никак нельзя оставлять. Тебе есть, что сказать по этому поводу?
— Успокойся, Элой, — тихо отозвался Эренд, и внезапно она обняла его за плечи и уткнулась лицом в шею.
Остаток ночи они провели, почти не разговаривая. Эренд пытался скрыть тот факт, что рана приносит ему немало боли. Элой взялась готовить ему суп на огне, добавила в воду несколько трав, которые должны были уменьшить боль.
Она всё ещё злилась на него, но спокойствие и тишина ночи оказали на неё положительное влияние. Они находились вдали от суеты и шумного хаоса Меридиана. Если бы ещё армия Гелиса не грозилась уничтожить Нора, а Эренд не был так бледен, она была бы совершенно счастлива. Кроме того, здесь было довольно романтично.
Когда Элой почувствовала, что приступ вспыльчивости прошёл, то заговорила:
— Почему ты держал это в секрете?
Эренд, казалось, не ожидал, что она снова заговорит, а потому встрепенулся.
— Информацию о Гелисе? Потому что нельзя было допустить твоей встречи с ним после всего, что случилось. Разведчики сообщали нам всё необходимое, и как только стало известно об его местонахождении, мы собирались сокрушить его прежде, чем он доберётся до тебя.
— И когда вы планировали это сделать? — Элой нахмурилась. — После того, как он уничтожит Объятия? Он уже может быть там, пока мы тут общаемся.
Эренд покачал головой.
— Дело вот в чём, — он пересел ближе к ней, чуть морщась от боли, — мы сомневаемся, что он вообще направляется туда. От местных не поступало никаких сообщений об армии, машинах или чём-то ещё. Пока мы располагаем только тем, что получаем от разведки. С нашей информацией явно что-то не так.