Элой хотелось поднять связанные руки и закрыть ими уши, чтобы заглушить болезненные воспоминания о том, что пришлось слышать и наблюдать. Она до последнего пыталась убедить себя, что находится в дурном сне. Не могла она снова оказаться в руках Гелиса, не после всего пережитого. Живот отозвался болью, отличающейся от дискомфорта при обычном голоде. И всё же сердце болело больше всего.
Иногда они останавливались, чтобы отдохнуть, разбить лагерь, однако Элой никогда не осматривала местность, поскольку знала, что обязательно наткнётся взглядом на него. От мыслей о прикосновениях Гелиса, о том, что она отдалась ему добровольно, ей становилось плохо до тошноты. Она должна была сопротивляться, но не было ни сил, ни оружия, поэтому просто лежала, свернувшись калачиком, пока её наконец не вытащили из-под меховой накидки.
Снаружи была ночь, Элой несли на руках, и она знала, кто именно. Ненадолго приоткрыла глаза, вглядываясь в затуманенное окружение. Они поднимались по осыпающимся каменным ступеням какой-то странной пирамиды, построенной много лет назад. Элой в замешательстве повернула голову, чтобы посмотреть, куда они пришли.
И увидела то, от чего её живот скрутило в крайне болезненном спазме. Среди воинов «Затмения» стояла знакомая бледная фигура. Он был сгорблен, скован цепями и искалечен, но она не перепутала бы его ни с кем другим. Эренд. Он был жив, хоть и почти сломлен. С трудом передвигался, хромая и шатаясь от толчков в спину. Когда они успели добраться сюда?
Достигнув вершины, Гелис торжественно заговорил. Элой ненавидела его голос, не хотела слышать ни слова, мечтала засунуть руки прямо ему в горло и вырвать из груди сердце самым жестоким образом.
— У меня были сомнения, — произнёс он, — но я всегда доверял Его воле. Солнце снова привело тебя ко мне. Беззащитную, но целую и невредимую.
Элой чувствовала, как слёзы бежали из глаз, а в горле застрял ком. Она собрала все свои силы, взмахнула связанными руками в попытке застать Гелиса врасплох. Вместо этого ей удалось только нанести скользящий удар по его щеке, так, что он едва отвернулся. Охваченная внезапной болью, Элой вскрикнула и прижала ладони к животу. Что происходит? Что делало устройство, расположенное на её шее?
Гелис рассмеялся, и Элой ощутила спиной холодный камень — он положил её на плиту в центре большой комнаты. Солдаты «Затмения» зажигали факелы один за другим, напевали что-то неразборчивое, и Элой захлестнула очередная волна боли, заставив в агонии корчиться на каменной плите.
— Что происходит? — она задыхалась, но не ждала ответа, и без его объяснений понимая неправильность ситуации. — Что ты со мной сделал? — её голос был пронзительным до такой степени, что она едва его узнавала.
Краем глаза Элой заметила, как встрепенулся Эренд. Сделал шаг в сторону Гелиса, отчаянно пытаясь атаковать — как будто кто-то позволил бы ему.
Мгновение, и Эренда повалили на землю. Окружённый «Затмением», он беспомощно свернулся, пока его избивали. Элой услышала треск сломанного ребра.
— Останови их! — взмолилась, потянувшись к Гелису и забыв о собственной боли. — Прошу, оставь его в покое! Я сделаю всё, что ты скажешь! — она не могла поверить, что подобное срывалось с её уст, но в её словах не было ни капли лжи. Эренд оказался здесь из-за неё. Если бы она только не вернулась в Меридиан… если бы…
Гелис бросил на неё заинтересованный взгляд.
— Так это тот самый Эренд, которого ты страстно звала в палатке? — его глаза сверкнули серебристым огнём. Похоже, сейчас лидер «Затмения» находился во власти Солнца больше, чем когда-либо. — Он никто. Ты в любом случае будешь делать то, что я тебе скажу. Потому что ты — часть великого плана Солнца, девочка, — усмехнувшись, Гелис склонился над ней, — я так долго ждал этой ночи, — положил ладонь на живот Элой, вновь вспыхнувший от боли, которая вкупе с болью душевной вызывала у неё рвоту.
— Гелис! Пожалуйста… я… со мной что-то не так… — она пыталась говорить, тяжело дыша.
— Вовсе нет, — ответил Гелис низким, почти успокаивающим голосом. Крепко удерживал её на плите, не позволяя корчиться слишком сильно, — просто всё встаёт на свои места. Я привёл тебя сюда, в один из Его храмов, в назначенное время. А теперь Он возродится и займёт свой сосуд, — Гелис повернулся и кивнул одному из подчинённых. Воин «Затмения» протянул своему лидеру огромный головной убор. Гелис победно взял его и надел на голову, после чего перекинул плащ через одно плечо, — ждать осталось недолго.
Элой застонала и перекатилась на бок. Ощутила горячую влагу между бёдер, но побоялась взглянуть. В нос ударил характерный запах крови. Она умирала, должна была умереть. А затем к ней присоединится Эренд. Но ещё рано. Ей нужно встать. Ей нужно бороться.