И началось превращение. Рыцари и солдаты Станниса один за другим подходили к жертвеннику. Огненные духи входили в их тела, и люди изменялись. Их глаза начинали пылать внутренним огнём, кожа становилась горячей на ощупь, а движения приобретали нечеловеческую точность.
— Как я себя чувствую? — пробормотал сир Аксель Флорент, разглядывая свои руки, от которых поднимался пар.
— Сильным, — ответил за него огненный дух его же голосом. — Очень сильным.
Вскоре вся армия Станниса была преобразована. Пять тысяч человек стали чем-то большим — и меньшим — чем люди. Они больше не нуждались в сне, не чувствовали голода, не знали страха.
— Теперь ты готов, — объявило пламенное существо. — Иди и сокруши лжепророка. Верни моё истинное имя!
— Будет исполнено, — поклонился Станнис.
Но когда существо исчезло, а огонь в алтаре погас, нечто изменилось в воздухе. Стало холоднее. Темнее. И Станнис вдруг почувствовал, что совершил ужасную ошибку.
— Мелисандра, — позвал он красную жрицу. — Всё ли в порядке?
— Конечно, мой король, — ответила она, но в её голосе звучали странные нотки. — Всё идёт именно так, как должно идти.
Станнис посмотрел на свою армию. Воины стояли неподвижно, их пламенные глаза устремлены в никуда. Они больше не выглядели как люди — скорее как куклы, управляемые невидимыми нитями.
— Что мы наделали? — прошептал он.
— То, что нужно было сделать, — ответила Мелисандра, и её голос звучал теперь совсем не так, как раньше. — То, что должно было случиться с самого начала.
Станнис повернулся к ней и увидел, что глаза красной жрицы тоже пылают теперь нечеловеческим огнём. Что бы ни вошло в его людей, оно коснулось и её.
— Мелисандра? — неуверенно позвал он.
— Мелисандра больше нет, — ответило существо её голосом. — Есть только воля Владыки Пламени. И его воля — сразиться с тем, кто осмелился присвоить его имя.
Станнис попытался отступить, но было поздно. Огненные духи уже окружили его, их нечеловеческие лица выражали нечто похожее на голод.
— Не бойся, Станнис Баратеон, — сказал один из них. — Ты останешься собой. Ты нам нужен таким, какой ты есть. Но теперь ты будешь служить истинной цели.
— Какой цели?
— Уничтожению того, кто стоит между нами и миром смертных. Того, кто действительно служит Свету.
И тогда Станнис понял ужасную правду. Лесандро дир Новак был настоящим слугой Рглора. А он, Станнис, только что заключил сделку с его врагами — с демонами тьмы, которые прятались под маской света.
Но было уже поздно что-либо изменить. Его армия превратилась в орудие зла, а он сам стал марионеткой в руках сил, которые не понимал.
— Выступаем на рассвете, — объявил он, чувствуя, как чужая воля направляет его мысли. — Время покончить с лжепророком.
Но в глубине души Станнис молился о том, чтобы этот лжепророк оказался достаточно сильным, чтобы остановить то чудовище, которым он сам стал.
***
Долина между двумя холмами содрогалась от топота тысяч ног. Армия Станниса Баратеона спускалась с северного склона — пять тысяч воинов, в глазах которых горел нечеловеческий огонь. Их доспехи раскалились докрасна, мечи пылали настоящим пламенем, а лица не выражали ничего, кроме слепой ярости.
Лесандро сидел на белом коне в центре своего войска, спокойно наблюдая за приближением врага. Рядом с ним располагались Дейенерис на серебристом жеребце, принц Оберин со своим знаменитым копьем и Серый Червь с отрядом Безупречных.
— Что это такое? — спросила Дейенерис, указывая на пылающих воинов Станниса. — Они горят, но не сгорают.
— Демоны огня, — мрачно ответил Лесандро. — Кто-то обманул Станниса, выдав себя за Рглора. Эти существа — не слуги Света, а порождения Тени.
— Сколько их?
— Около пяти тысяч. Но каждый стоит десятерых обычных воинов.
Принц Оберин покрутил копье в руках.
— Значит, сражаемся на равных. Интересно.
— Ваше величество, — подъехал к императору один из разведчиков. — Станнис требует поединка. Говорит, пусть боги решат, кто из вас истинный Азор Ахай.
Лесандро усмехнулся.
— Передайте Станнису, что истинный слуга Рглора не прячется за спинами демонов. Если он хочет сражаться, пусть освободит своих людей от чужой воли.
Через несколько минут разведчик вернулся.
— Он отказывается, ваше величество. Говорит, что сила дана ему богом и он не откажется от неё.
— Тогда мы покажем ему разницу между божественным даром и демоническим проклятием.
Лесандро поднял свой посох, увенчанный кристаллом огня. Камень засиял ярче солнца, и по рядам его армии прокатился шепот молитв на валирийском.
— Огненные братья! — голос императора разнесся по долине. — Перед нами враги Света, скрывающиеся под личиной слуг Рглора! Покажите им силу истинного пламени!
Десятки тысяч голосов ответили боевым кличем:
— Рглор велит! Рглор велит!
И две армии ринулись друг на друга.
Первый удар был ужасающим. Одержимые демонами воины Станниса врезались в ряды огненных братьев с нечеловеческой яростью. Их пылающие мечи прорезали доспехи как бумагу, а сами они, казалось, не чувствовали боли от ран.
— Их слишком много! — крикнул полковник Торвен, отбиваясь от троих нападавших одновременно.
