Мне уже почти двадцать семь лет. Я хочу любви так же, как любая другая девушка. Хочу когда-нибудь иметь семью. Хочу, чтобы мужчина любил меня, поддерживал, защищал. И хотя, вероятно, лет через десять мои повреждения заживут и я буду выглядеть намного лучше, мне хочется встретить любовь сейчас и знать, что меня любят такой, какая я есть под всеми этими шрамами. Однако я всегда знала, что невозможно изменить отношение людей в один миг, по мановению волшебной палочки. Просто необходимо, чтобы общество приняло людей с увечьями, не отталкивало их. В этом и состоит основная цель нашего фонда — и на достижение ее понадобятся долгие годы.
А пока я знаю одно: я боец. Шли недели, я снова собралась с силами. Ну и ладно, я рискнула и проиграла. Счастливого конца у сказки не получилось, и это сильно поколебало мою хрупкую веру в себя. Но я выдержала, вытерпела — как всегда. И поняла, что стала еще сильнее.
Кроме слепоты, я больше всего на свете боялась быть отвергнутой. Я пролила столько слез за эти двадцать семь месяцев! По поводу того, что теперь не нравлюсь мужчинам, что они не считают меня сексуальной и привлекательной. В течение нескольких последних недель я лицом к лицу столкнулась с этими двумя самыми страшными для меня вещами — и выстояла.
У меня прекрасная жизнь. Дела у нашей благотворительной организации идут хорошо. Я нашла прекрасную квартиру с двумя спальнями на тихой улочке в зеленом районе Лондона. Меня окружают люди, которых я люблю, — люди вроде мистера Джавада. На его день рождения я послала ему фотографию, где мы запечатлены вдвоем на открытии нашего фонда. На ней я написала строки собственного сочинения.
— Кэти, у меня нет слов, — сказал мне мой ангел-хранитель. — Я повесил эту фотографию на стене в гостиной, рядом с фотографией жены и детей. А стихотворение просто прекрасное.
— Я так рада, что вам понравилось!
Прошло то время, когда я писала злые стихи Дэнни и Стефану. Никогда больше чернила на листе не будут смешиваться с моими слезами. Никогда больше у меня не возникнет потребности обращаться к кому-то из них.
Теперь меня переполняют не боль и гнев, а благодарность и любовь.
Прошло еще несколько недель. Мне позвонил мой агент по недвижимости и сообщил, что предложенная мной цена устроила владельцев квартиры. Я восторженно завизжала.