Мы с Сойером продвигаемся, чтобы занять места рядом, но мама кричит. - Нет! Я придумала план рассадки гостей.
Я хмурюсь.
- Мам, Сойер никого здесь не знает. Не можем мы просто сесть рядом друг с другом? - Потому что я знаю ее план рассадки. Наши с Сойером места будут друг напротив друга и, вероятно, мое место окажется прямо между ней и Джейсоном.
- Молли, пожалуйста, просто сделай, как я говорю.
Из верхнего ящика буфета она вытаскивает таблички с именами и ставит их прямо в центре фарфоровых тарелок. - Я не знала, Сойер, что ты придешь, так что посажу тебя прямо здесь, рядом с Миа.
Прикусываю язык, чтобы остановить себя от высказывания, которое заставит всех почувствовать себя неловко. Какую, черт побери, игру она затеяла? Миа хмурится, ее щеки вспыхивают.
- Мама, я поменяюсь местами с Молли, так что она может сесть с Сойером.
Мама вскидывает руки в воздух.
- Не знаю, зачем я беспокоюсь. Весь мой тяжелый труд.
- У тебя есть Люси, которая пришла несколько часов назад и все приготовила, мам. - Миа закатывает глаза и, скучая, откидывается на спинку кресла.
Мама взглядом мечет в сестру кинжалы. Она думает, мы не знали? Она не готовила птиц для семьи с..ну, никогда.
- Хорошо. Делайте, что хотите. Садитесь, кто где хочет.
Я почти соглашаюсь на ее план рассадки. Старая я, без Сойера, поступая так, точно бы почувствовала вину, но с Сойером на моей стороне я чувствую себя немного сильнее, как будто могу принять все, что мама мне преподнесет.
Так что я сажусь там, где хочу - рядом с отцом, а Сойер садится справа от меня. Он опускает руку под стол и сжимает мое колено. Когда я смотрю на парня, он подмигивает мне и, вдруг, атмосфера становится менее напряженной. Я возвращаю ему улыбку и каким-то образом забываю о времени, потому что вскоре папа прочищает горло.
Как только все расселись, мама уходит.
- Молли, можешь мне помочь? - Она зовет меня на кухню, очевидная уловка, чтобы на минуту остаться со мной наедине. Ставлю сумочку на пол и, вздохнув, иду к ней.
Она наполняет емкость для соуса, когда я захожу в комнату. На мгновение она встречается взглядом со мной.
- Быстро помешивай это, пожалуйста.
Я киваю и принимаюсь за работу, легко помешивая светло коричневую смесь. Запах запеченной птицы проносится по кухне и всему дому, пахнет потрясающе. Мой желудок работает сверхурочно, булькая и умоляя накормить его.
- Как ты могла привести его? - Шепчет мама, забирая индейку с противня и ставя ее на тарелку. - Я рассказала тебе, кто он. Что он собой представляет? Вот кем ты теперь увлекаешься? Преступниками?
Делаю глубокий вдох и кладу ложку на столешницу. - Ему никогда не предъявляли обвинение, мама. Ты сама это сказала.
- Так, значит, он тебе рассказал? Мне интересно, как он объяснил пять выстрелов в грудь отчима.
Я тяжело сглатываю.
- Он рассказал тебе об этом?
Я качаю головой.
- Я нахожу немного забавным то, что ты так строго судишь его, когда все это, - я указываю рукой на дом, - было оплачено с помощью преступников, которых представлял отец.
Она вытирает ладонь о бедро и прищуривает глаза, глядя на меня.
- Он представлял их, Молли, но не приглашал на семейный ужин. И если бы я была тобой, то задавала бы намного больше вопросов. Людям нравится то, что не меняется. Он был замечен за рулем в нетрезвом виде, а также несколько раз обвинялся в нападении. Он упоминал об этом?
- Пожалуйста, замолчи, мам, - говорю я так тихо, что не уверена, услышала ли она меня.
Мама бросает вареный картофель в стеклянную миску и протягивает ее мне вместе с миской соуса.
- Улыбнись, Молли. Ты выглядишь испуганной.
Возвращаюсь в гостиную и выдавливаю улыбку, но голова идет кругом. Как бы я ни хотела выбросить из головы прошлое Сойера, есть вещи, которые мне нужно о нем знать. Я не могу быть с ним, если постоянно задаюсь вопросом, что он от меня скрывает. Неважно, хочет он говорить об этом или нет. Разве я не заслуживаю знать сейчас, когда мы состоим в моногамных отношениях? Но если я надавлю, он уйдет.
- Спасибо, дорогая. - Папа протягивает руки, готовый забрать картошку, но я едва ли отмечаю, что он говорит.
- Что?
- Картошка? Я возьму ее.
- Верно.
Возвращаюсь на кухню, мама протягивает мне миску с рагу и клюквенный пудинг. Я ставлю их на стол и сажусь на свое место. Сойер смотрит на меня взглядом какого-черта-твоя-мама-тебе-сделала?, но я ничего не объясняю.
Мама сверкает огромной улыбкой, когда заходит с индейкой.
- Та-да! - говорит она, горда собой - Время резать индейку, Митчел.
- Выглядит изумительно, - произносит мама Джейсона, всплескивая руками.
- Да, изумительно, -Джейсон делает большой глоток вина, смотря на Сойера поверх своего бокала.
Родни втискивается между нами и я глажу его по голове.
- Даже не проси, - говорит папа, указывая на фойе. Собака быстро убегает, как будто уже получила что-то вкусненькое.
Индейка разрезана и наши тарелки наполнены. Когда мы доедаем последние крошки, начинается разговор, а дискомфорт достигает рекордного уровня.
- Скажи мне, Сойер, чем ты занимаешься? - Спрашивает Келвин, отец Джейсона.
