— Неужели ты думаешь, что у красивых мужиков, которым говорят, что они только «физическая субстанция», не бывает комплекса? — тихо поинтересовалась я. — Тем более что данный представитель красивых самцов отличается еще и куда более тонким умом, чем тот, кого определили в «духовные субстанции». Просто привык скрывать это. Надел на себя маску идиота и чувствует себя в ней куда уютнее, чем в те времена, когда мог запросто цитировать Борхеса.
— А если ты не права? — спросил он. — Если тот, кого ты считаешь таким умным, на самом деле действительно просто красивый дебил?
— Я все вспоминала, откуда же я знаю некоего Сережу, — начала я. — Понимаешь, в чем дело — где-то я этого самого «дебила» видела. И всю дорогу пыталась вспомнить, где же именно.
— Вспомнила? — равнодушно поинтересовался он.
— Конечно, вспомнила. Потому что видела его в одной тусовке, где все были людьми суперинтеллектуальными. И когда я с этим «дебилом» разговаривала, я невзначай бросила две фразы, которые мог понять только человек, находившийся в этой компании. Он их понял. Сразу. А потом запросто выдал мне цитату Борхеса. И я остановилась перед странной загадкой — почему же так получилось, что Света не поняла этого? Ведь мне она не показалась глупенькой барышней… Не хотела ли она, догадавшись о том, что в одном человеке сосредоточены оба начала, искомые ею, признать, что она влюблена? Что нашла некий идеал, вполне соответствующий ее представлению о счастье?
Я пыталась разговорить его, вызвать на откровенность. Но он только улыбался и ни к селу ни к городу посоветовал мне:
— Следи за дорогой, Танечка, хорошо? А то мы врежемся в другую машину, и тебе никогда не придется узнать все ответы на все вопросы…
— А жаль. Например, мне не придется узнать, какое отношение к одному из Светиных возлюбленных имела некая Валентина Прянкина?
Он оглянулся на меня и нервно облизнул губы.
— Кто это? — глухо спросил он.
— Одна очень странная женщина. Думаю, скоро мы с ней встретимся.
— А зачем? — усмехнулся он.
— Сдается мне, эта самая Валентина знает о смерти Светы немножко побольше всех остальных.
— Почему?
— Сдается мне, — повторила я, — что именно данная личность нашу Свету и убила.
Он сдержался. Даже если столь безапелляционно выданное мной утверждение его и задело, владел он собой неплохо и виду никакого не показал.
— Жаль, что я не могу тебе ничем помочь, — усмехнулся он. — Я ее не знаю.
Не знаешь — так не знаешь. Вполне возможно, что и так.
— Хочешь, я тебе о ней немного расскажу? Она очень неуравновешенная. Когда-то пыталась убить своего ребенка, но тогда окружающие решили, что Валя просто еще очень молоденькая — рано родила, и это отразилось на ее психике. Ребенка воспитывала бабушка, которую он привык называть мамой. А Валя спокойно жила, развлекалась, потом опять родила, и на этот раз убила своего малыша. Объяснила это тем, что он слишком громко плакал. Кстати, совершенно непонятно, как у такого замечательного человека, как бабушка, родилась этакая монстроподобная Валя. Но так иногда случается. Родители — люди хорошие, а дитя у них — полный отход. И наоборот. Старший сын ничего о Вале не знал. Он упорно называл бабушку «мамой», рос совершенно нормальным мальчишкой, умненьким и талантливым. Мне продолжать свой рассказ?
Он улыбался.
— Конечно. Интересно. Как в голливудском фильме.
— Все было прекрасно. Мальчик вырос, у него появилась возлюбленная. Правда, работала возлюбленная в очень странном месте. Но они к этому относились спокойно. По молодости они просто не задумывались, что настанет момент, когда ребенка надо будет отдавать. Однажды Света встретила некую женщину, которую она узнала, еще работая в ИТУ. После этого и начался кошмар…
Мы подъехали к «Марии».
— Прости, мне придется прерваться, — вздохнула я, останавливая машину. — Надо встретиться с одним человеком. Но, если уж ты согласился следовать за мной на край света, не проследуешь ли и сейчас?
Он сжал губы так, что они побелели.
— Ты же знаешь, что мне там появляться не стоит, — пробормотал он.
— Ты будешь со мной, — заверила его я. — Тем более что нам надо встретиться с одной женщиной.
Он напрягся.
— Я подожду тебя здесь.
— Как хочешь, — передернула я плечом. — Скоро вернусь.
Я открыла дверь машины и вышла.
Уф. Игра, которую я вела, мне самой не очень нравилась, но что можно поделать, когда у тебя — «каждой твари по паре»? Две «Вали Прянкиных» и двое ее «сыновей»…
В офисе «Марии» было пусто и душно. Одинокая секретарша уныло сидела, подставив лицо струям воздуха, скудно даруемых вентилятором. Увидев меня, она почему — то не удержалась от широкого зевка и процедила сквозь зубы:
— А никого нет.
— Мне нужно передать срочную информацию вашему менеджеру, — сообщила я.
— Елены Эльдаровны тоже нет.
Хорошо. Я взяла листок бумаги и написала:
«Срочно! В два часа жду вас в кафе „Пингвин“. Очень важная для вас информация».
— Передадите ей? — попросила я секретаршу.
— Конечно, — кивнула она.
Я уже собиралась уйти, но вспомнила еще об одной вещи.
— Можно, я воспользуюсь вашим телефоном?