Рыцарь улыбнулся еще шире. Должно быть, сказанное им подразумевало некий забавный намек, но Томена утомила поездка, и он не стал задумываться над словами ок-Марнота. Маг кивнул и, поправив на плече мешок, зашагал следом за дворянином. Они миновали коридор, поднялись по лестнице на второй этаж, пересекли мрачный зал… Дальше — новая лестница, скрипучие ступени. Попался еще один слуга — этот зажигал масляные лампы на стенах. Хотя снаружи, вероятно, еще не стемнело, узкие окна почти не пропускали света, а богатые ок-Марноты не слишком берегли масло в светильниках, предпочитая экономии комфорт. Вслед за рыцарем маг поднялся на крышу, огражденную высоким деревянным парапетом с окнами… Вот и вход в башню — мощная дверь, окопанная железом… Неудивительно, что этот замок никогда не был взят приступом — вряд ли кому удалось бы преодолеть столько рубежей обороны… Но проклятия! Проклятиям не помеха каменные стены, окованные железом двери, валы и бастионы. Во всяком случае, так принято считать…
Ройбер потянул дверь и шагнул в проем, подсвеченный изнутри красноватым дрожащим огоньком лампы — сквозняки в башне были нешуточные. Лампа горела в нише под основанием винтовой лестницы, ведущей к верхним этажам. Из бойниц несло свежестью, но даже ночной ветерок не мог прогнать неприятного затхловатого запаха, парящего внутри. Казалось, здесь, в замкнутом мощными стенами пространстве, все незыблемо, вечно: подсвеченный красным полумрак, тяжелый спертый воздух, гулкая тишина.
— А ведь там, ниже, должны быть помещения поудобнее? — поинтересовался Томен, осторожно принимаясь по узким покатым ступеням, вытертым до того, что поверхность их стала скользкой.
— Разумеется, — откликнулся шагавший впереди Ройбер.
Рыцарь наверняка мог идти быстрее — ему-то каждый камень и каждая ступень здесь были привычны с детства, — но сдерживал себя, дожидаясь медлительного гостя.
— Внизу есть большие комнаты, с новой мебелью и прочим…
— Ага, по этим ступеням мебель не втащить…
— Можно поднять частями и собрать наверху, — пояснил Ройбер, — но дело не в этом. Батюшка, сэр Эрлон, всегда предпочитал эти покои. Традиция. Но мы у цели.
Рыцарь посторонился, чтобы колдун мог встать рядом с ним на тесной площадке перед низкой дверью. Винтовая лестница уходила выше, только становилась круче и ступеньки дальше были куда уже — и заметно менее истоптанные. Верхними этажами пользовались не так часто, как комнатушкой за дверью. Пока поднимались, чародей успел глянуть в бойницу и оценил толщину здешних стен. Казалось удивительным, что внутри башни оказалось достаточно места для жилой комнаты.
Рыцарь негромко постучал, из-за двери донесся хриплый голос:
— Это ты, Ройбер? Входи.
— Со мной маг с побережья, — предупредил воин, распахивая низенькую дверь и склоняясь, чтобы пройти внутрь.
Томен, шагнув вслед за провожатым, также пригнулся, чтобы не стукнуться о дверную раму, — так что первый шаг внутрь превратился в поклон. Распрямившись, колдун с любопытством огляделся. Впрочем, осматривать было особо нечего — маленькая комната, ярко освещенная светом масляных ламп, кровать, сундук за кроватью да стул. В кровати лежал бледный старик — сэр Эрлон ок-Марнот. На стуле сидел молодой мужчина. При появлении гостей, он поднялся и шагнул навстречу Ройберу. Они обнялись.
— Чародей из Мирены, Пекондор Великолепный, — представил Ройбер, когда встретивший их молодой рыцарь отступил на шаг, — сэр Эрлон ок-Марнот, владетель сего замка. Мой брат Руватег.
Старый рыцарь был, должно быть, совсем плох — тощий, осунувшийся. Глаза, живые и подвижные, выглядели неестественно на изрытом морщинами мертвенно-бледном лице, обрамленном седой бородой. Руватег же казался полной противоположностью старика — смуглый, кудрявый красавец, казалось, источаюший жизненную энергию. Ростом пониже Ройбера, он был, кажется, шире в плечах и тоньше в бедрах. Когда Руватег улыбнулся, блеснул ровный ряд ослепительно-белых зубов:
— Как добрались, братец?
— Один поединок. Вчера, на обратном пути, — коротко пояснил Ройбер. — А что у вас?
— Мне лучше! — объявил старик. — Так что ты зря тащил сюда колдуна. Можешь отпустить его.
На Томена сэр Эрлон не глядел и к магу не обращался — словно того не было в комнате.
— Да, батюшке лучше, — подтвердил Руватег, продолжая улыбаться, — но на ночь глядя мы мага не отпустим.
— Ну так пусть проваливает с рассветом! — сварливо проскрипел старик.
— Прошу прошения, сэр, — Руватег обернулся к. ложу, — но ежели мастер чародей уже проделал путь с побережья в Марнот, то пусть уж исполнит то, ради чего приглашен. Но завтра!
При этом он украдкой подмигнул Томену.
— Завтра, не теперь. Пусть пока отдохнет, освоится. А там… Вы согласны, сэр?
— Ладно, — буркнул старый дворянин и отвернулся к стене, давая понять таким образом, что аудиенция окончена. — Ступайте все.
— Покойной ночи, батюшка, — попрощался Руватег. — Я пришлю Эрлипа. Скажу, чтоб не лез, не мешал вам. Он будет за дверью. Кликните, если что…
— Покойной ночи, — отозвался Ройбер.
