Краткая история театра полностью

И «Ковент-Гарден» и «Друри-Лейн» уступили всеобщему помешательству на мелодраме. Из-за того, что оба театра были огромных размеров [174], их директорам для привлечения неутомимого зрителя приходилось прибегать ко всем зрелищным эффектам, на которые только были способны плотники и рабочие сцены. Здесь хватало всего: пожаров, наводнений, землетрясений, а нередко использовали и настоящих животных – собак, лошадей и даже слонов. Серьезные драматурги не могли конкурировать с подобными зрелищами, поэтому хорошим актерам того времени приходилось растрачивать свои таланты в ловко скроенных пьесах сомнительного уровня. Джон Филип Кембл [173] и миссис Сиддонс [172] играли в адаптациях произведений Коцебу: Кембл исполнил роль Роллы в Писарро (автор переработки – не кто иной, как Шеридан), а его сестра сыграла миссис Хеллер, заблудшую жену из Незнакомца, – эта роль стала одной из вершин ее карьеры. Оба они еще были способны, когда хотели, подняться до высот трагедий Шекспира. Гамлет Кембла и леди Макбет Сары Сиддонс высоко ценились знающими современниками. Но трагедии не пользовались спросом, а в комедийной игре эти актеры не были сильны. На этом поприще их полностью затмил младший брат Филипа – Чарльз Кембл, а еще один брат-актер, Стефан (он был настолько толст, что играл Фальстафа без накладного живота), оказался к тому же неплохим театральным менеджером. Чарльз блистал в аристократических ролях Ромео, Орландо, Меркуцио, Мирабелла, Чарльза Сэрфеса и Капитана Абсолюта. Отметим, что всё это были постановки старых пьес: ничего стоящего тогда не писали. Дочь Чарльза Фанни, одна из лучших актрис своего времени, прославилась в Англии, а затем и в США (где она, впрочем, вышла замуж и ненадолго оставила сцену), также в классических ролях Джульетты, Порции, Беатрисы, Леди Тизл и Бельвидеры из Спасенной Венеции.

[174] Театр «Друри-Лейн» в 1808 году. Гравюра Томаса Роулендсона и Чарльза Пугина из альбома Рудольфа Аккермана Лондон в миниатюре

В 1794 году здание театра открылось после перестройки, осуществленной в пору директорства Шеридана. Огромный зрительный зал (миссис Сиддонс назвала его «форменной пустыней») требовал от актеров укрупнения жеста и усиления голоса, что шло в ущерб технике игры. Уже в 1809 году здание сгорело, а еще через три года театр заработал на новой площадке.

[175] Несменяемая декорация для постановок исторических пьес работы Уильяма Кепона. 1808

Кепон оформлял спектакли и в «Ковент-Гардене», и в «Друри-Лейне»; большинство его произведений сгорело в пожарах 1808 и 1809 годов. Эту декорацию он создал для нового театра «Ковент-Гарден», открытого Кемблом в 1809 году.

Джон Филип и Чарльз Кемблы, совмещавшие актерское ремесло с директорскими должностями, проявляли большую заботу о костюмах и декорациях для своих театров. К 1820 году «Ковент-Гарден» и «Друри-Лейн», так же как и все остальные театры, заменили свечи и масляные лампы на газовые светильники. Помимо яркости, большим достоинством этого новшества являлось то, что интенсивность горения поддавалась регулировке. Вместе с тем колеблющееся пламя сохраняло эффект мерцания – главную прелесть свечного освещения, не спасая, правда, от риска возникновения пожара. Но, как бы там ни было, оно поддерживало таинственную атмосферу, об исчезновении которой горько пожалели, когда к концу XIX века газ был заменен на ровный немигающий свет электричества.

Одним из художников, работавших с Кемблами, был Уильям Кепон. В его работах еще чувствуется влияние де Лутербурга [175, 120], однако, следуя своему пристрастию к исторической правде, он создал несколько неоготических декораций «в шекспировском духе», тем самым определив стиль оформления сцены на следующие полвека. В эти годы в области сценографии самыми видными фигурами были Кларксон Стенфилд и представители семьи Грив, трудившиеся для театра на протяжении трех поколений. Джон, ее родоначальник, сотрудничал с Кемблом, но особенным успехом у зрителей пользовались «пейзажи с лунным светом», созданные его сыном Уильямом – первым сценографом, которого публика вызывала на поклоны. Проекты сценического оформления, выполненные внуком Джона, Томасом Гривом, для постановок Чарльза Кина, также отличались композиционным единством и живописным великолепием.

Стремление к историческому правдоподобию проявилось в оформлении не только декораций, но и костюмов. Для постановки Короля Иоанна Чарльза Кембла, вышедшей в «Ковент-Гардене» в 1824 году, драматург Планше, бывший к тому же еще и прославленным антикваром, создал костюмы, основанные на глубоком изучении истории геральдики [178]. Так возник прецедент, которому позднее последовал Чарльз Кин, сын единственного соперника Кембла.