— Частично — да. Пограничную службу начали превращать, по европейским образцам, в службу контроля на границе. Но это не снимает с них ответственности, потому что на военное время перед погранцами стоит задача обороны границы. Кроме жетона и личного оружия, у них есть в составе и боевые катера, и авиация. Тут с них снимать ответственность нельзя, тем более что возглавлял службу генерал армии Литвин. Не какой-то там советник юстиции пятого класса или первого, а генерал армии.
— Говорят, что он особо не напрягался в эти дни, не пытался защитить границу, не сделал ни одного яркого движения в этом направлении. Он просто наблюдал, что происходит, а его люди тихо отходили в сторону и пропускали всех.
— Очевидно, это сигналы сверху. Если они идут, это мобилизует, если не идут, это не мобилизует. Когда-то в разговоре с Порошенко (он уже стал президентом, это было где-то в августе 2014-го) я сказал: «Петя, ты можешь войти в историю, стать памятником, если хочешь. Для этого тебе нужно встряхнуть всю вертикаль. Сейчас дай команду арестовать 10 человек, включая Турчинова, Яценюка, Тенюха, Куцина (начальник Генштаба. —
А потом ко мне пришли офицеры и генералы из пограничников — и действующих, и бывших, — принесли такую портянку на целый стол со всеми КПП и со всеми территориальными управлениями погранцов, показали пирамиду — как заносили деньги, сколько брали с каждого контейнера, с каждой машины в килограммах, в тоннах, как это все по деньгам шло наверх…
— …как сдавали крымские границы…
— Я у них спросил: «Ребята, вы понимаете, что это уголовная ответственность. Вы это кому-то показывали?» — «Мы ходили к Яреме. Яреме это неинтересно». — «Вы готовы поставить свою подпись под этим, чтобы не было голословно?» — Они так паузу выдержали: «Готовы».
Я отправил это все Порошенко, причем, смс-кой сопроводил, чтобы разобрался. Потом я получил от него только: «Ми отримали, дякую». И с концами. Литвина потом уволили просто из-за организационных мероприятий.
— А вы себе оставили эти материалы?
— Нет, это огромная портянка.
— Почему? Как не сфотографировать для истории!? Я бы такое не упустила.
— Я не шантажист.
— Это должно было остаться для детей, чтобы они видели, как сдавали Родину.
— В архивах должно быть.
— В каких? Я думаю, что они все уничтожили. Вы верите, что они в архивах такое оставляют?
— Не знаю. Есть вещи, которые не уничтожишь. Тот факт, что Указ о создании антикризисного штаба Турчинов, уже и. о. Президента и Главнокомандующий, подписал только 7 апреля, в нормальной стране во время войны тянет на «вышку», а в мирное время — это 15 лет. Это никак не уничтожишь. То же можно сказать и о Яценюке. Я эти показания дал в Прокуратуре, никуда они не денутся.
— Будь вы и. о. Президента в этот момент или командующим антитеррористической операции, что бы сделали? Я вам честно скажу, если бы Турчинов хотел убедить меня в своей вине, он должен был бы вести себя именно так, как когда я к нему пришла. Он так нервничал, так кричал, бегал по кабинету, говорил мне: «Вы такая агрессивная! Зачем вы мне такие вопросы задаете?» Я увидела реально, что он все понимает и боится.
— Я выступал публично по телевидению, даже в блоге писал и обращался к Тимошенко, которая как раз тогда вышла из тюрьмы: «Ребята, я готов взять на себя эту ответственность и защитить Крым! Первый вице-спикер пускай сидит. Я займусь организацией обороны страны». Публично к ним обращался тогда! Они на это дело не пошли, а Юля приехала, отметилась типа больная, и заявила, что ее команда действовала абсолютно правильно.
